Утро 21 августа 1911 года могло было самым обычным утром конца лета, если бы не исчезновение одной из самых известных женщин на планете, вернее исчезновения её изображения. Хотя если быть предельно точными, то именно после этого дня она и стала столь популярна, до этого момента, висела на стене и мало кто обращал на неё своё внимание.
Газеты на разные голоса с первых полос кричали о заговорах, кайзере, анархистах, Вильгельме II, под подозрение попали все: власти, граждане, художники различных мастей, сотрудники музея, директор которого в интервью совсем незадолго до происшествия сказал о нереальности кражи из Лувра, сравнив такое действо с кражей колоколов на соборе Парижской богоматери. Шум был большой, Все ожидали, когда и кто будет красть у Парижа Эйфелеву башню.
Тем не менее, пока шум шумел, дело по розыску преступника и портрета, что важнее, тогда не говорилось, поручили лучшему из французских сыщиков – Альфонсу Бертильону.
Он же основатель антропометрического метода: каждому подозреваемому измеряли рост, объем головы, длину рук и ног и т.д. Показатели сравнивали с занесенными в картотеку данными преступников, в картотеке было свыше 10000 лиц, ранее имевших конфликт с законом.
При этом он полностью отрицал дактилоскопию. Что и сыграло роковую роль в ведении следствия. На боковой служебной лестнице Лувра, обнаружили пустую раму «Джоконды» и след краски с отпечатком пальца.
В это время, когда ломались копья о том кто же был вором, аргентинский коллекционер Эдуардо де Вальфьерно, заказал 6 копий «Моны Лизы» и удачно их продал, выдавая их за украденный оригинал. После чего скрылся.
По некоторым данным, именно он и организовал похищение картины, а вор стал всего лишь исполнителем. Заработав миллионы на подделках, Вальфьерно скрылся – оригинал был ему больше не нужен, как и подельник-исполнитель.
В общем, что-то пошло не так и избавляться от украденной картины исполнителю пришлось самостоятельно. Вот тут всё и раскрылось.
Дело было так: в декабре 1913 г. флорентийский антиквар получил письмо из Франции с предложением купить «Джоконду» да Винчи. Антиквар согласился. На встречу пришёл молодой человек и принёс картину. Экспертиза, подтверждение подлинности, полиция.
В полиции выяснили, что молодой итальянец, автор письма и владелец полотна, Винченцо Перуджа, прямо перед кражей устроился в музей сезонным рабочим. Он был стекольщиком и изготовил защитный экран для великого полотна. Именно он в выходной день – понедельник, проник в зал, снял картину со стены, вышел на боковую лестницу, вынул из рамы, завернул в куртку и спокойно вышел из Лувра по служебной лестнице.
Следствие закончилось ничем, ответов нет на вопросы – кто заказал кражу и мотив тоже не ясен. Доподлинно известно лишь о личной передаче автором портрета французам. Со слов воришки стало известно, как он вынес полотно и, где оно было два года - трогательный рассказ о чемодане с двойным дном. И адвокат на процессе был отменный – какая причина и в каком месте выдвинута в качестве мотива кражи.
Перуджа признался в краже с целью – восстановления исторической справедливости: вернуть итальянцам принадлежавшее им по праву полотно. Суд проходил во Флоренции, аргументы были услышаны. Как результат – один год тюрьмы.
А «Мону Лизу»? Портрет полгода выставляли в музеях Италии, а затем вернули во Францию. И теперь ломают копья о том – подлинник это или одна из копий?
Елена Артова