Теперь снова приведу парочку примеров.
В 1699 году в один из московских приказов было подброшено письмо, на конверте которого значилось, что его необходимо вручить царю в собственные руки, не вскрывая, и письмо было передано Петру. А в нем крепостной человек генерала Шереметева Алексей Курбатов предлагал ввести в употребление в России специальную «орленую» бумагу (бланки с государственным гербом) для совершения различных сделок и обращения в официальные инстанции. Бумагу предлагалось продавать в лавках, и, в зависимости от важности сделки или обращения, её цена должна была варьироваться. Проект был принят, а Курбатов от Петра Алексеевича получил в награду волю и чин дьяка Оружейной Палаты. Гербовая бумага оставалась в употреблении до самой революции. Не уверен, что в наше время подобные письма доходят даже до губернаторов. Ну какой чиновник станет рисковать и отправлять такое послание адресату, да ещё не прочитав его. А вдруг там донос о злоупотреблениях.
Другой пример. Незадолго до Полтавской битвы в русской армии был проведен опрос солдат. Петра интересовало, кого они сами хотят видеть главнокомандующим. Солдаты высказались за фельдмаршала Шереметева, и царь утвердил это назначение. Убежден, что в современной России слишком популярного в армии военачальника президент немедленно спровадил бы из действующей армии на пост главнокомандующего арктической зимовки на остров Врангеля или куда-нибудь ещё. От греха подальше.
Следующий пример. В 1712 году было начато строительство казенного Тульского оружейного завода. Но через два года – в разгар работ – начальник стройки Марк Сидоров простудился и умер. Один из солдат караульной команды, Яков Батищев, подал рапорт на имя сенатора князя Волконского, курировавшего проект. Батищев утверждал, что сможет возглавить возведение завода и успешно его завершить. Просто невероятно, но
а) письмо караульного дошло до сенатора;
б) простой солдат был назначен начальником строительства.
Батищев не только успешно его завершил, но и «между делом» сконструировал и внедрил на производстве комплект станков, не имевших в то время аналогов в России и за рубежом, на порядок повысив тем самым производительность труда. В дальнейшем Яков Батищев служил то директором, то главным инженером, – в переводе на современные мерки, – на строящихся Охтинских пороховых и оружейных заводах.
Вы можете себе представить, чтобы современный «князь Волконский», получив подобный рапорт, дал бы ему ход?! Затормозилось строительство казенного завода из-за смерти руководителя, да и хрен с ним. Зачем рисковать карьерой и назначать человека без анкеты. Проще, сославшись на объективные обстоятельства, умыть руки (а солдата ещё и на гауптвахту посадить, чтоб не умничал). Пусть у царя о новом директоре голова болит.
Итак, основываясь на приведенных примерах, выскажу своё предположение о втором обстоятельстве, определившем успех петровской деятельности. Оно заключается, по-моему, в какой-то просто фантастической открытости самого Петра Алексеевича и его администрации перед обществом и в наличии эффективной системы обратной связи.