Космея. Она же мексиканская астра. Этот цветок примечателен тем, что стоит его однажды посадить, и всё – он навеки твой. Вездесущий, неприхотливый, неубиваемый. Он разбегается по всему участку, вылезая то в овощных грядках, то в клумбах, то в компостном ящике. Так и топорщится отовсюду, куда ни глянь.
Но избавляться от милого незатейливого цветка совсем не хочется. Да мне и не позволяют это сделать. У мужа какое-то необъяснимое, трепетное отношение к космее. А вы думали, что мужчины равнодушны к цветам? Отнюдь! Возможно, это идет из далекого детства, неявно, на уровне подсознания. Навевает что-то едва уловимое, но бережно хранимое в потаенных уголках души, связанное с отчим домом, с родителями, с беззаботными временами. В итоге рождается такой вот милый каприз. Не выпалывать!
Я сейчас уже и не вспомню, как космея появилась на нашем участке. Сама ли я ее посеяла, осталась ли от прежних хозяев. Но однажды она заполонила картофельную гряду. Взметнулась над кустами картошки бело-розово-бордовым облаком, прошила пространство ажурными нитями зелени. Вот она, я! Любуйтесь! Восхищайтесь!
С той поры и было мне запрещено выпалывать космею из этой гряды. Совсем! Я попыталась возроптать. Как можно? У нее же такие мощные корни! А стебли! Это сколько же влаги цветок отбирает у картофеля? Но на то она и любовь (пусть и к цветку), что не так-то просто с нею совладать. В итоге наша картофельная грядка стала большой клумбой.
Но однажды, после неурожайного года, видимо, вняв моим увещеваниям, муж сам выполол космею, оставив ее лишь на кромках гряды. И получилось очень даже симпатичное обрамление. С тех пор картошка у нас растет в рамке из космей. Прям бордюрные посадки! Точнее, самосадки)).
Нет, я лично ничего не имею против этого цветка. Он отлично выручает меня, появляясь на клумбе с первоцветами, когда те уже завершают свой жизненный виток. Мужественно прикрывает собой образовавшиеся залысины. При этом легко удаляется там, где оказывается лишним. И вообще, веет от него каким-то особым деревенским теплом, яркостью ситца и наивностью детства.
И этот цветок считается мексиканским? Даже если и так, он уже давно стал нашим, русским, можно сказать, знаковым растением, бесконечно родным и неизменно любимым.