Однажды,в запамятованные времена,была я влюблена в одного прекрасного мужчину,назовем его условно Варфоломей. И был Варфоломей мужем моей подруги,назовем её условно Брунгильда. Такая сложная ситуация. Я,конечно,своих чувств к Варфоломею никак не выдавала,чтоб не превратить нашу чудесную компанию в поле битвы за мужика. Ну и не хотелось получить от ворот поворот от всех сразу.Я стала мастером маскировки и даже освоила навык "дружеского взгляда". То есть могла смотреть в синие глаза Варфоломея исключительно дружелюбно без мелькания розовых слонов.
Выхода из этого треугольника не было никакого.Кроме одного: молчать и конспирироваться дальше.И вот однажды ,когда я была на грани сна и бодрствования ,мой перегретый этим всем мозг выдал следующую картину. Значит так: поймали нас троих фашисты! И мы томимся в застенках. Именно фашисты и застенки.Мозг видимо извлёк информацию из моих потайных воспоминаний детства,где было кино про войну и немцев. И вот мы томимся в этих тёмных и мокрых застенках: Варфоломей,Брунгильда и я. Как вдруг заходит глумливый фашист с подвернутыми,как у всех фашистов,рукавами, губной гармошкой и автоматом и как то объясняет нам,что герр офицер хочет кого нибудь из русиш швайнов расстрелять перед обедом и вот пусть это будет вот эта ! И на меня показывает.Я храбро принимаю свою судьбу и начинаю прощаться с друзьями. Брунгильда рыдает,Варфоломей тоже в шоке. И я подхожу к нему и решаюсь признаться в любви.А чё? Все равно ж помирать! И говорю, значит,всяких хороших слов ему. А он так смотрит проникновенно и я такая думаю: вот хорошо то как! Ибо после этого помереть только,а я как раз и помру!
Брунгильда рыдает - эта драма потрясла её. Она и не догадывалась,что у меня чувства к её Варфоломею! Я горжусь тем,что я мастер конспирации и одновременно хочу уже,чтоб меня поскорее расстреляли.
Все это пронеслось в моей голове за пару секунд,но я так прониклась,что даже стала хлюпать носом.
Но тут в башке у меня,что-то щелкнуло и началась вторая серия.
Я стою у каменной стены вся такая мужественная и непреклонная,слегка побитая фашистами. Герр офицер холённый,с моноклем,обедает прям у стены ,где расстреливают партизан,потому что он садист и извращенец. По обе стороны его фрицы в касках и овчарки. Он высокомерно говорит ,что не "расстреляйт" меня ,если я скажу,где "партизанэн". И стращает по всякому.
Ой,я вас умоляю! Я только что призналась в любви мужу подруги,так что герр офицер, меня уже ничем не испугать! Я смеюсь ему в лицо и он ,неожиданно ,говорит:" Ти храбрый фройлен и я не хотеть тебя убивайт!" И фашисты берут меня под белы рученьки и уводят назад,откуда взяли- в застенки. Я упираюсь и хочу обратно ,но меня вталкивают в нашу камеру, я не знаю куда себя деть. Брунгильда аж прекратила рыдать,
Варфоломей опять в шоке. Я не знаю,что сказать и мечтаю провалиться сквозь стены застенков
,но мой мозг- предатель это мне не разрешает. Вобщем неудобно как-то вышло. Как сказал Марк Твен: так опустим же над этой сценой позора занавес милосердия!
Но это был ещё не конец!
Подлавливая в полусонном беспомощном состоянии мозг транслировал из себя в меня альтернативные варианты выхода из любовного тупика. Один другого краше! В следующей серии померла Брунгильда. Варфоломей ударился в печаль ,а я в спасение Варфоломея. Но я сказала мозгу:" стыдно! Убивать подругу за ради мужика! Фу! А ну прекрати быстро!"
Он прекратил,но скоренько выдал ещё один вариант: помер Варфоломей,мы с Брунгильдой обнявшись рыдаем на могилке и я признаюсь ей,что любила её мужа. Мы рыдаем ещё интенсивней и уходим в закат под карканье ворон.
Ну,не надо говорить,что после этого я устроила мозгу такой разгон! "Теперь следует ждать,наверное,кино о том,что померли мы все втроём",- подумала я чем-то ( с мозгом ,то я поссорилась!) и побыренькому достигла дзена.После чего я возлюбила все человечество и конкретный синеокий Варфоломей стал мне побую. Это в мечтах.А на самом деле оно само как то всё рассосалось.