Феномен Европы. Часть 2. Рефлексия.

Как уже говорилось в первой части, куда бы не дотянулся белый европеец, везде местное население неминуемо огребало. Исключение составляли народы и племена, у которых банально было нечего взять и тратить время и силы на них казалось просто бессмысленно. Тут же люди с хорошими лицами принялись рефлексировать, как так вышло, что никто не смог противостоять европейской цивилизации. Первым сориентировался француз Артур Жозеф де Гобино со своим эссе о неравенстве рас, согласно которому есть три расы: белая, желтая, черная. Белая – совершенная и чистая, поэтому ей по происхождению положено порабощать и угнетать не совсем полноценных желтых и совсем не полноценных черных. Гобино допускает, что не социальные институты определяют превосходство расы, а наоборот – раса определяет социальные институты. Соответственно, если белые победили черных, то и институты у них лучше только потому, что они белые. Своевольное обращение с теорией Дарвина тут же подкрепило мысль о том, что человек просто другой более развитый вид, что придает работе некоторый элемент научности.

Дело Гобино продолжил Хьюстон Чемберлен со своей работой «основы девятнадцатого века», в которой выясняется, что не просто белые, а тевтонцы или арийцы являются движущий силой всего человечества, а евреи ввиду постоянного смешения кровей только мешают. Тут же отличился и Ницше со своей концепцией сверхчеловека и доказательством неполноценности евреев в работе «К генеалогии морали». Не надо думать, что подобные открытия свойственны только западноевропейцам, наш горячо любимый Иван Ильин выдвигал ровно те же идеи, только заменяя белых на православных и основным качеством выделяя дух нации, при этом не отвергая значимость правильной крови.

Идеи были крайне популярны и фанатское сообщество собралось, самыми известными представителями которого являются Бенито Муссолини и Адольф Гитлер. Теории расового неравенства – идеалистический детерминизм, то есть идея, например, «Deutschland über alles» принимается за константу и объясняет все постфактум – белые, арийцы или православные победили всех потому, что они лучше – почему? – потому что они белые.

XX век доказал несостоятельность всех этих теорий, желтые японцы дали по шапке православным, порабощенные жидами славяне напинали арийцам, от желтых вьетнамцев огребли США и прочее.

Поэтому, начали набирать популярность альтернативные теории Маркса и Энгельса, объясняющие все те же явления уже не в идеалистическом ключе, а в материалистическом: Европейцы первыми построили капитализм, более совершенную общественную формацию, которая сожрала все остальные. Но и эта гипотеза требует дополнительных разъяснений и проверок (уже построенный капитализм в высшей фазе не смог завоевать развитый феодализм в 1812-1815 гг; кроме того остается открытым вопрос, почему именно Европа преуспела в построении прогрессивной формации – капитализм – а не та же Индия, Китай или страны Персидского залива.)

Исследований на тему того, как европейцам удалось первыми построить капитализм, не так много. Дело в том, что объясняя материалистически становление Европы, придется по ходу дело и обращать внимание на миллионы убитых индейцев, затравленных наркотиками китайцев и прочих жертв колониализма, а так ведь и до третьей мировой недалеко особенно на фоне нарастающей мировой напряженности.

Концепции межсистемного анализа объясняют все схоже с классической марксисткой теорией, добавляя циклы и центры накопления: сначала Испания и Португалией, потом Голландия с Британией, теперь США. Смена центров накопления сопровождается настоящими геополитическими катаклизмами: войны, обнищание, эпидемии и прочее. Так, Испания превратилась из гегемона и самой богатой страны Европы в одну из беднейших на континенте настолько быстро, что никто и не успел заметить кроме самих испанцев. Теперь, когда США стремительно скатываются в рецессию, сопровождающуюся крахом четвертой валютной системы, сложно представить, что предстоит пережить планете, так как прошлые смены петлей накопления происходили через жестокие войны, причем каждый раз увеличивающие свой масштаб.

Но мы отвлеклись, вернемся к нашей основной цели – а именно, объяснение феномена Европы и сопоставление отдельных аспектов социально-экономической сферы общественной жизни в самой Европе и в остальном мире, попутно разоблачая некоторые мифы, принятые в наше время как абсолютно истинные. Но это уже вы найдете в третьей части.