Я очень редко называю своих героев по имени. Указываю первые буквы имени и фамилии, или отчества. Этого достаточно, чтобы нашим людям было понятно, о ком идёт речь.
11-го апреля подруга по Окам, наша САНИИФская, написала мне о кончине нашего же, САНИИФского человека – А.С. Подруге этой ещё два-три года назад я рассказала о том, что когда-то связывало нас с ним. Теперь вот она сообщила, что не выдержало его сердце. После операции. Сегодня, семнадцатого апреля, поминальный день. Уже девять дней, как Он Там, на Небесах. Царствия ему Небесного.
Вкратце расскажу о нём, помяну Его добрыми словами.
Очень давно у нас с ним начинался красивый, чисто юношеский роман. Хоть и были мы с ним уже достаточно взрослыми людьми. Обстоятельства не позволили нам бОльшего! Да в то время нам и не нужно было ничего друго.
Началось всё, конечно, на хлопке. Примерно за год до описываемого времени, к нам в институт пришёл новенький, после Армии. Как потом выяснилось, на четыре с половиной года моложе меня. Красивый-красивый, сине-синеглазый, тёмный-тёмный шатен. Волосы короткие, как и положено недавнему солдату. Работал где-то в техническом отделе. Мне то что? Я же старше! А тут пришёл очередной октябрь, время выезда на сбор хлопка в какой-то колхоз-совхоз.
Первые дни на хлопке самые сложные. Поселили нас в здании сельской школы. Надо было разместиться, как-то наладить быт. И на следующий день уже в поле Девочки занимали несколько комнат. В одной из них жили мы, в какой-то другой – ребята. На моё несчастье в нашей комнате оказалась его сестра, моя ровесница. Но о ней потом, отдельно. Чтобы не осквернять память о нём, красивом мужчине, рассказами об откровенной стерве.
Он запросто приходил к нам, то есть, к сестре. И, конечно, виделись мы с ним достаточно часто.
Не в первый, и даже не во второй день на хлопке я заметила, что поглядывает на меня этот красавец как-то не так. Мне тоже было очень приятно видеть его, встречаться с ним взглядами. Тем более, что взгляды эти сопровождались едва заметной, но очень красивой улыбкой. Через какое-то время во взгляде его появилось что-то новое, необычное: то ли робость, то ли загадочность, то ли ещё что-то, может быть, даже, любовь. Да, любовь. Но никто ничего не знал, ничего не замечал.
Как-то я отважилась приятно удивить его. То есть, показать и свой интерес к нему. По-моему, в народе такие знаки внимания называются заигрыванием. Что я сделала? В какой-то день мне пришлось остаться дома, в нашей комнатке. И я просто лёгкими стежками схватила петли на его рубашке, конечно, с обратной стороны. Он пришёл с поля, зашёл к нам стал переодеваться и… увидел эти мои знаки. Как мне приятно было видеть растерянность на его лице и недоумение от того, что не сразу понял, что же произошло с петелками на рубашке? Потом посмотрел на меня, понял, что сделала это я... И какой милой, желанной улыбкой он одарил меня за мои старания! До сих пор помню.
Мы все так сдружились на этом хлопке, что, вернувшись в САНИИФ, решили закрепить эту дружбу за праздничным столом. Собрались в квартире общих друзей, супругов, к тому времени уже успевших родить себе дочку. Дочку друзья доверили матери, а квартиру – нам.
После Армии, за хлопковый» месяц у него заметно отросли волосы, и даже немного спадали ему на плечи, что, конечно, его украшало. А к нашему застолью он почему-то постригся. И все за столом набросились на него, высказывали ему своё неудовольствие, по поводу того, что он лишил себя такой красоты! Я одна не сказала ему ни слова об этом. И это, наверное, немного обидело его. С какой-то растерянностью сказал мне:
-Ты одна не поругала меня за мои волосы. Тебе, наверное, всё равно? - удивился мой красавец
— Нет, нет – ответила. Мне совсем не всё равно. Мне очень жаль, что теперь я не смогу прикоснутся к твоим волосам, погладить их. Но ты и не говорил мне ничего.
Как мы оказались с ним в Г-образной прихожей, соединяющей кухню и входную дверь, почему там начали целоваться? Не знаю, не помню. Как хорошо было нам! Мы не видели, не слышали, не замечали никого и ничего вокруг. Я никогда в жизни больше так не целовалась.
Он был почему-то в одних носках, без обуви. Я боялась, что он замерзнет, простудится. Не помню, было ли уже включено отопление. Уговаривала его надеть хотя бы тапки домашние. А он ответил, что ему совсем не холодно, что его греют мои руки, мои губы.
А они, друзья, всё поняли и, случайно наткнувшись на нас, сразу уходили в комнату, стараясь не вспугнуть нас, не помешать нам. Спасибо всем им!
Надеюсь встретимся!
Буду благодарна за отзывы и подписку на канал!