Матрёна заявилась к Иннокентию при всём параде! Крупные бусы украшали её шею, юбка со множеством оборок и блестящих пайеток, белая блузка и новый цветастый платок. Было видно, что поход к "батюшке" для неё очень важен и одеться нужно как на серьёзное мероприятие.
Лечиться она любила, как сказал дед Митя, знали её во всех больницах округи. Не секрет, чтобы попасть к врачу, она бывало приукрашивала свои болезни. Не было ни дня, чтобы у неё новая напасть не приключилась. Дети её в санаторий предлагали отправить, подлечиться, но нет:
- Куда же я в такую даль поеду? Да и незнаю я там никого, я уж лучше здесь, туточки всё знакомо!
Вот и к Иннокентию она пришла больше из любопытства, на тяжёлого больного не походила. Иннокентий, хоть и не был профессиональным доктором, всё это сразу понял. Не будет человек, у которого сильные боли так наряжаться, не до этого ему. Но вида он не подал, Матрёне оказал внимание, поговорил, расспросил и выслушал всю "картотеку" бабкиных хворей.
Он приготовил для неё несколько травяных сборов, подробно рассказал, как заваривать, сколько раз в день пить и настоятельно попросил зайти к нему через пару дней, сообщить результат. Матрёна осталась очень довольна его обхождением, долго кланялась и, наконец покинула "батюшку". Отвары она аккуратно принимала и быстро "вылечилась".
Теперь при походе в магазин или при встрече с односельчанами, она каждому рассказывала, какой Иннокентий обходительный мужчина, как внимательно её принял, одним словом, была в полном восторге от его лечения. Иннокентий почти полностью оправился от своего недомогания, он сходил в лес, долго сидел на поляне, вдыхая целебный воздух. Следов его грозного друга не наблюдалось.
Иннокентий решил пройти вглубь леса, посмотреть на красоту величавых елей, обнаружил невдалеке родник и набрал себе во фляжку обжигающе холодной родниковой влаги. Родник выбивался из под корней огромной ели, бежал вниз по склону, пробивая себе дорогу меж снегов, хрустально звенел на перекатных, отшлифованных водой и ветрами, камнях.
Зачарованная красота захватывала дух, красавец родник манил прохладой. Лес здесь стал пореже, по берегам ручья росли белоствольные берёзы, попадались осина и кусты рябины. При появлении Иннокентия с рябинового куста вспорхнула стайка ярких шустрых птичек, мужчина невольно нарушил их пиршество. Он прошёл чуть дальше родника, углубился в лес, а когда обернулся, не увидел тропинки.
Смутное беспокойство охватило Иннокентия:
- Это же смешно! Не хватало ещё заблудиться в двух шагах от дома.
Но беспокоился он напрасно. Иннокентий прислушался и услышал тихое журчание родника, пошёл на звук воды и вскоре сквозь деревья сверкнул яркий куст рябины. Птички вернулись к лакомым ягодам и не улетели при появлении Иннокентия. Показалось ему в бодром щебетание - "не боимся!". Иннокентий усмехнулся, подошёл к кусту и набрал рябины, в его деле всё пригодится. Уходя, махнул рукой птицам - щебетуньям:
- До встречи, подружки!
Если Иннокентий и чувствовал небольшое недомогание, то после лесной прогулки, после чистой воды из родника, все его немощи исчезли. После леса он зашёл к деду Мите, проведать стариков.
- Откуда ты, мил человек при таком параде?
- Ходил в лес. Представляешь, отец, чуть не заблудился! Вроде то и отошёл от поляны чуть в сторону, а место знакомое потерял! Вот такие дела! Но потом на родник вышел, по звуку его определил. Так и заплутаю когда - нибудь!
- А что ты думаешь, были у нас случаи. И деревенские блудили, те, кто родился в этих местах. Лес здесь, сам видел какой! Зашёл за ёлку и потерялся! Ты с этим не шути, в лес идёшь, особенно в незнакомое место, зарубки делай, а лучше в одиночку далеко не заходи. Это ведь дело такое - свернёшь на пару шагов не туда, и уйдёшь в сторону. Будешь думать, что к деревне идёшь, а сам в обратную сторону зашагаешь, там уже леса гуще, да буреломы, заплутаешь и сгинешь.
- Совсем ты меня, отец напугал!
- А я тебя не пугаю, я говорю, как есть! Леса здесь на сотни километров тянутся, ни дорог, ни указателей нет. И зверей диких не сосчитать.
- Хорошо, отец, буду осторожен! Ближе к лету нужно осмотреться, за травами пойду, за ягодой. Со мной пойдёшь?
- А чего ж не пойти! Доживу, так пойду, места ещё помню, помоложе был - всю округу пешком прошёл, и за грибами - ягодами, и охотился немного. Вон Анфисушка не даст соврать - никогда пустым не приходил. Это я сейчас всё около печки сижу, а раньше на ноги скор был, дома не рассиживался.
- Да ладно, не наговаривай на себя, когда это ты на печи лежал? - Анфиса Петровна слышала их разговор. - Разве что заболеешь когда или лишнего примешь с Иванычем. Вот тогда да, от печки не оторвать.
- Вот так меня и пропесочили. А ведь права баба, она зря не скажет. Справедливая! За то и люблю!
Анфиса Петровна рукой махнула.
- А, ну тебя! Люблю! Пошлите лучше чай пить, я блинов напекла. Иннокентий то с улицы, чать проголодался!
- А и то правда, чего языком чесать, пошли блинков поедим, да чайку похлебаем.
Иннокентий вернулся домой затемно, долго они засиделись с дедом, всё разговоры разговаривали. Вечером забежала Варя, проведать Иннокентия. Увидев его в добром здравии, обрадовалась.
- А то я переживала, из - за меня вы заболели. Теперь я рада, что вам лучше!
Так и день прошёл. Каким будет следующий, что нового принесёт - кто знает!
Желающим поддержать автора: