Пришла ко мне в винтажку очаровательная тётушка лет 65, перемерила все советские кольца с корундами, ничего ей не понравилось, расстроилась. А потом достала чудесные серёжки редкой 916 пробы. Не ношу, говорит, купите. Конечно купим, что за вопросы.
Записывая данные в квитанцию, я споткнулась на отчестве. Оказалось, что её папа репрессированный татарин.
- Столько прекрасных людей сослали. Учёные, писатели, актёры… В школе я играла Татьяну Ларину в платье из МХАТа, а Онегиным был учитель черчения. Играл он, как и чертил, отвратительно,- смеялась моя татарская знакомая.
В 90-е она работала барменом где-то на Апрашке, а в соседнем заведении диджеил Иван Ургант. После убийства, кажется, депутата, уже не вспомню, к ним нагрянули люди в масках с обыском. Даже мусорки перевернули.
- Стою я за стойкой, 50-летняя тётя, а рядом мальчик в балаклаве, серьёзный такой. Я ему говорю, сыночек, кофейку хочешь? Он молчит, наверное им неположенно разговаривать. А мне страшно, я ему опять нервно говорю, мол, дорогой, давай я тебе крепенького заварю. Он молчит, но я то вижу, щурится под маской, улыбается,- и хохочет на весь магазин.
А потом так загадочно взяла серьги, пару секунд в ладонях подержала и говорит:
- Носи их сама, не продавай. Я их заговорила на мужа хорошего, богатого, всё у тебя будет хорошо.
Ну что я могла? Не припомню, когда в последний раз за мной ухаживал юноша без долгов и кредитов. Бедность я уже попробовала, тащите пурпур и лилии, пора. И отдала без сожаления половину дневной зарплаты за волшебные винтажные серёжки.
Какое же всё-таки вдохновение эти люди. С судьбами и историями, с целым космосом внутри.
#блаженнаяграфоманка