Суть дела
ФСК (заказчик) заключила с подрядчиком договор на строительство линии электропередачи 330 кВ Лужская – Псков. Стоимость работ – 1 305 073 499 руб. Неустойка в случае просрочки строительства объекта – 0,4 процента от цены договора за каждый день просрочки.
Подрядчик допустил существенную просрочку строительства объекта. Стоимость невыполненных работ составила 213 635 601 руб.
В связи с допущенным нарушением ФСК отказалась от договора и потребовала от подрядчика уплатить неустойку в размере 1 226 769 089 руб.
Решения судов
Суды сочли, что определение размера неустойки исходя из общей цены договора противоречит принципу юридического равенства, создает необоснованные преимущества для кредитора, которому причитается компенсация не только за неисполненные в срок работы, но и за те работы, которые выполнены надлежащим образом.
В итоге суды определили размер неустойки исходя лишь из стоимости невыполненных работ. Ее размер составил 214 848 763 руб.
Но суды на этом не остановились и, руководствуясь ст. 333 ГК РФ, уменьшили неустойку до 100 000 руб. Это было мотивировано явной несоразмерностью неустойки степени допущенного подрядчиком нарушения.
ФСК такой расклад не устроил, и компания обратилась в Верховный Суд РФ, который прислушался к ее доводам.
Решение Верховного Суда РФ
Судебная коллегия по экономическим спорам указала следующее.
1. Вопреки позиции судов условие о расчете неустойки исходя из всей стоимости договора подряда не противоречит действующему законодательству и практике коммерческих подрядных отношений.
В определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 22.06.2017 № 305-ЭС17-624 закреплена правовая позиция, в соответствии с которой начисление неустойки на общую сумму контракта без учета частичного исполнения обязательств по нему допустимо, в частности, при невозможности использования и отсутствии потребительской ценности для заказчика предоставленной ему части.
В настоящем деле негативные последствия, возникшие на стороне заказчика, заключались в том, что линия электропередачи с подстанциями стоимостью свыше 1,3 млрд. рублей, являющаяся системообразующим объектом сетевого хозяйства, оптимизирующим единую энергосистему РФ, не могла быть использована по назначению после истечения согласованного в договоре срока ее строительства.
Эти негативные последствия не зависели от того, какие промежуточные обязательства подрядчик выполнил в срок. Поэтому определение неустойки в установленном договором размере законно.
2. Недопустимым в данном случае является и уменьшение размера неустойки по ст. 333 ГК РФ.
Просрочка исполнения неденежного обязательства со стороны подрядчика допущена в отношении работ, имеющих для ФСК признаки индивидуального заказа (строительство воздушной линии электропередачи от Луги до Пскова и реконструкция подстанций). Просрочка исполнения подобных неденежных обязательств, как правило, влечет за собой для заказчика (сетевой организации) большие риски и более серьезные негативные последствия, по сравнению с просрочкой исполнения денежного обязательства, которую обычно легче восполнить путем использования собственных или заемных (при необходимости) денежных средств.
ФСК, возражая против уменьшении суммы неустойки по ст. 333 ГК РФ, раскрыла серьезность последствий допущенной подрядчиком просрочки: нарушение окончательного срока строительства не только негативно отразилось на развитии сетевой организации и ее возможности извлечь прибыль в соответствии с инвестиционной программой, но и повлекло за собой возникновение дополнительной нагрузки на уже существовавшую устаревшую инфраструктуру сети, что, в свою очередь, могло привести к сбоям в поставке электроэнергии значительному числу конечных потребителей.
См. определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 21.07.2022 № 305-ЭС19-16942 (40) по делу № А40-69663/2017 (текст).