21 июня 1957 года произошел один из крупнейших в СССР техногенных инцидентов, связанных с производством взрывчатых веществ.
После начала Великой Отечественной войны химическая промышленность СССР оказалась в крайне непростой ситуации. Резко выросла потребность во всевозможных взрывчатых веществах, а большинство предприятий по их производству были либо потеряны, либо эвакуированы и только готовились к возобновлению деятельности на новом месте.
Для решения проблемы создавались новые предприятия. Так, в окрестностях Караганды (Казахская СССР), в поселке Старая Тихоновка, была построена мастерская по производству динамонов- взрывчатых веществ на основе аммиачной селитры. Это промышленная взрывчатка, широко использующаяся в горном деле. В годы войны она применялась для снаряжения боеприпасов. Каждый день мастерская готовила по восемь тонн взрывчатки, так что в победных залпах 45-го есть заслуга и карагандинских химиков.
В послевоенные времена мастерская была значительно расширена и разрослась до масштабов крупного предприятия, получившего обозначение «Завод взрывчатых веществ № 4Д комбината «Карагандауголь»». К 1956 году завод за сутки выпускал 33 т аммонита. На предприятии трудилось 338 человек.
Не обходилось и без происшествий. Только с 1952 по 1956 год дважды происходили пожары. Их удалось быстро потушить, и, так как не было ни жертв, ни разрушений - особого внимания инцидентам не придали.
21 июня 1957 года в 17.07 боец пожарной охраны Муздубаев обнаружил дым, выходящий из цеха с барабанами, в которых смешивалась взрывчатка.
В это время директор с малолетним сыном были у проходной завода. Увидев дым, он, оставив сына у проходной, бросился на завод.
Тем временем сотрудники предприятия боролись с возгоранием. Рабочие в цеху схватили огнетушители и пытались сбить пламя, а пожарный расчет подъехал к водоему и начал разворачивать рукавную систему.
Через несколько минут грянул мощнейший взрыв. По воспоминаниям очевидцев, над поселком поднялся гриб, словно после ядерного взрыва.
Из четверых пожарных двое (включая командира расчета) погибли на месте, еще двое получили травмы. Всего погибло 33 человека, включая и директора предприятия.
Сила взрыва была такой, что удалось найти отдельные фрагменты тел лишь 20 погибших. Эта страшная трагедия затронула весь поселок. Практически в каждой семье были погибшие и пострадавшие.
Местная жительница Раиса Озерова, узнав о гибели брата-пожарного, пыталась утешить маму спасительной ложью:
— Я пришла домой и говорю: «Мам, все в порядке, Валентина в больницу положили. Он живой». А мама не верила и плакала. Она в одну ночь поседела. Вечером легла спать, а утром встала — голова будто снегом осыпана…
Сразу же после взрыва была организована комиссия по расследованию, в которую вошли министр внутренних дел Казахской ССР, республиканский прокурор, председатель Карагандинского совнархоза и другие высокопоставленные лица.
Результаты расследования были немедленно засекречены, потому что картина вырисовывалась неприглядная. По сути, авария была неизбежна и во многом запрограммирована еще на стадии строительства. Объект начали возводить в 1942 году, когда фронту остро требовалась взрывчатка, поэтому на грубейшие нарушения норм безопасности откровенно закрывали глаза. К примеру, расстояние между корпусами не превышало 20 м, в то время как стандарты требовали: если в здании предусматривалось хранение свыше 8 т взрывчатки, это расстояние должно было составлять от 125 до 360 м.
— На реконструкцию мало обращали внимания, потому что постоянно велись разговоры о строительстве нового цеха смешения, — признавался на допросе главный инженер завода. — Мы стремились построить новый цех и ликвидировать действующий. Но строительство задерживалось из-за отсутствия рабочей силы.
Не менее грубые нарушения допускались и в отношении технологий. При смешивании аммиачной селитры с тринитротолуолом происходит нагревание смеси, поэтому после выгрузки готовой смеси необходимо как следует охладить барабаны и лишь после этого загружать в них новую порцию компонентов. А фактически барабаны работали непрерывно: в погоне за выполнением и перевыполнением плана руководство откровенно закрывало глаза на грубейшие нарушения техники безопасности.
По результатам расследования взрыва экспертно-технологической комиссией был подготовлен отчет. Хотя точное место возникновения пожара установить не удалось, наиболее благоприятные точки для его возникновения были там, где аммонит и тротил находились в закрытом или полузакрытом пространстве, нагретом до высокой температуры, например в приямке элеватора. По показаниям очевидцев, там регулярно скапливалось по 60–70 кг аммонита. Слежавшаяся взрывчатка образовывала комки, которые забивали ковши элеватора, из-за чего его лента буксовала и нагревалась. Это могло стать причиной возгорания.
Конкретными виновниками аварии были признаны директор завода № 4Д, погибший во время взрыва, главный инженер, главный технолог, «допустившие грубейшие нарушения технологии производства взрывчатых веществ, правил техники безопасности и противопожарной охраны».
Материалы из газеты "Спасатель"
Владимир Другак
Фото из открытых источников