Мэр, который уже, было, повернулся и начал давать указания, снова посмотрел на Тима.
-Завтра, прямо с утра, нужно доставить сюда два воза сухих дров. Ну, вы понимаете…
-Конечно! Мэр Ласло отвернулся и стал тыкать пальцем в кого-то в толпе; -Пати, тащи козлёнка! Толстый- дрова, котелок у меня в сарае, тащи сюда. И воды принесёшь. Скажи моей Магде принести господину… Ээээ...?
Тим! Зовите меня Тим.
Господину Тиму поесть и квасу! Быстренько!
-Хорошо, мэр Ласло, теперь объявите всем разойтись по домам, накрепко запереть двери и ставни. Не выглядывать и не выходить, само собой. Что бы ни случилось!
-Это и так все соблюдают каждую ночь…
-И пусть все заткнут на ночь уши паклей, воском, чем угодно. Особенно детям. Особо прытких можете спеленать. Что бы вам не слышалось или казалось, не выходить!!! Лошадь мою уведите. Только мешок с неё снимите. Давайте сюда.
Мэр раздавал инструкции, двигаясь в толпе. Люди стали торопливо расходиться, некоторые побежали. Женщины попытались было заголосить, но окрик мэра это пресёк. Скоро площадь опустела. Тим осмотрелся. Чаша старого фонтана представляла собой круг из парапета, диаметром примерно четыре метра. Кое где парапет совсем осыпался. В центре раньше был, наверное, какой-то цветок. От него осталась только часть стебля, теперь похожая на что-то вроде облупленного каменного клыка в полметра высотой.
Тим присел на корточках недалеко от чаши фонтана и достал из своего мешка свёртки и маленькие бутылочки, бережно раскладывая их на лоскуте холстины. Из проулка показались две женщины. У одной была корзинка, накрытая платком, вторая несла на руках белого козлёнка, примерно месячного возраста.
Привяжи там! Он указал на центр фонтана. –Крепко!
Корзинку оставьте здесь.
Когда они всё сделали и встали перед ним, Тим сказал строго: - Уходите. Быстро! Запереться не забудьте!
Обе женщины закивали и попятились. Затем повернулись, глянули друг на друга вытаращенными глазами и припустили по улице придерживая юбки. Оглядываясь на улепётывающих женщин из проулка появился здоровяк, толкающий перед собой строительную тачку, в которой, поверх дров и треноги позвякивал небольшой котелок.
-Установи тут, Тим показал на ровное чистое место недалеко от своего мешка. Принеси воды, разожги огонь и уходи, Тим быстро затолкал в рот кусок хлеба и сыра, чтобы скорее освободить руки.
Здоровяк справился очень быстро, для своих габаритов. Лицо у него при этом было застывшей в страхе маской.
Тим стал аккуратно закладывать в котелок травы, которые доставал из своих свёртков. Здоровяк остановился силясь расслышать, что он бормочет. Тим скосил на него глаза… Здоровяк тут же засеменил с площади.
После трав настала очередь маленьких склянок. Тим накапывал содержимое в котёл, продолжая нашёптывать. Довольно быстро на всё вокруг опустилась тишина, за ней и сумерки. Тим высыпал на ладонь белый песок из одного мешочка, обошёл вокруг своего лагеря с котелком в центре, тонкой струйкой просыпая песок и приговаривая. Вдалеке послышался громкий тоскливый вопль, тонкий, словно девчачий визг. Тим остановился и прислушался, затем закатал рукав и посмотрел на свое запястье. «ещё далеко» За углом ближайшего дома что-то хрустнуло.
-Кто там? Тим посмотрел на своё запястье и снова на угол дома. –Выходи, идиот! Я же сказал всем запереться!
Из-за угла тихо вышла та самая девчушка, что была у фонтана, когда он приехал. «Голубоглазка. Мари, кажется… Вот дурёха…»
-Далеко ты живёшь? Иди домой,.. или куда-нибудь.
Девушка подняла глаза. «Даже в темноте они такие голубые…» подумалось Тиму.
-Дом дяди Пата на окраине. Но я там больше не остаюсь. Там всё… в крови. После того как тётю Розу, Пата, и маленькую Кики… ну…. Тётя Филис, сестра Пата, меня к себе не пускает, говорит, что всё это из-за меня. Что не могла я я живой остаться… А я ведь просто спала в мансарде и ничего не слышала… Она всхлипнула.
-Подойди-ка.
Девушка неуверенным шагом стала приближаться к огню. –Да быстрее же! Сядь тут, у костра. За круг не выходи. Закрой уши. А лучше и глаза… Девушка кивнула, присела и приложила ладони к ушам. Тим зачерпнул кружкой из котелка, подул, покрутил и пошёл к центру фонтана, где был привязан козлёнок. Тот переступал копытцами и подёргивал хвостиком. Тим старался не наступать на помёт, которого уже насыпалось прилично. «Подошвы все в дырах, теперь ещё это»
Тим подул на парящее варево в кружке, затем взял козлёнка за морду и стал вливать содержимое ему в глотку, что-то нашёптывая. Убедившись, что козлёнок всё проглотил, он тихо сказал:-Начнём. Продолжение