Этот пост будет спокойный и без накала. Чтобы душа успокоилась и забыла гнев, возможно рожденный моим предыдущим постом.
Больше всего из ветеринарных процедур я люблю принимать роды у собак. В девяностые годы собак щенилось много, и на роды я ездила довольно часто. Так же часто меня приглашали на осложнения после родов, принятых самими владельцами.
И на этот раз меня вызвали к суке породы миттельшнауцер, которая родила одиннадцать щенков. Прошло более двух часов после рождения последнего щенка, но двух последов хозяева так и не увидели.
Я всегда расстраиваюсь, когда иду на такие роды, предвидя, что в родовых путях застрял труп щенка, и мне придется его доставать. А это всегда трудно и нередко заканчивается операцией.
Собаку привезли рожать к нам в город из Москвы, так как в то время все услуги врачей в столице были чрезвычайно дороги. Да и миттелей у нас не было совсем. Так что все щенки были уже распределены.
Расспросив что да как, я поняла, что мои подозрения оправдались, в родовых путях застрял щенок. Я обработав руку и ввела два пальца во влагалище собаки и наткнулась на мордочку щенка. Он был без околоплодного пузыря.
Совершив привычные манипуляции, я начала осторожно освобождать щенка из плена. При этом в шутку спросила хозяйку: « А вам двенадцатый щенок не нужен?». «Нет, не нужен, одиннадцать уже есть», - был ответ и, продолжая шутить, я сказала: «Значит, это будет мой щенок». На что хозяйка, напряженно следящая за моими действиями, ответила: «Забирайте».
Через две минуты на свет появился кобелек. Придушенный, наглотавшийся околоплодной жидкости, но ЖИВОЙ!
Хозяйка была неслыханно рада, что все закончилось благополучно и не придется оперировать собаку - маму. Так как за щенком вышли все последы.
Извлеченный малыш вырос в замечательного щенка. И вот пришло время продавать щенят. Мы с хозяйкой договорились: который останется от продажи всех остальных, тот и мой. Ну, хозяин - барин, конечно. Но, что самое странное, не купили именно этого малыша. Он остался один из всего огромного помета. И за ним никто не приходил. А узнавала я его по белой метке на груди.
В конце концов мне стало жалко щенка, и я его купила. Так появился в нашей семье Ясонис Гитак. А по-семейному - Ясик. Он прожил с нами четырнадцать лет. Друг всем. Нянька маленькому сыну, собеседник бабушке. Тренажер для тренерской работы для меня. Член клуба мужской солидарности для мужа. Участник всех озорничаний моих старших детишек.
Какие чудеса сообразительности показывал этот пес, это уже другая песня. Возможно, я ее вам когда-нибудь расскажу.