Пруд обмелел: теперь он лужа. И птицы больше там не кружат. В нём по колено воробью.... Конец там рыбьему житью. Теперь лишь грязь...Того и надо! Для пса, как снег что бел, отрада С разбега в гущу залететь, Барахтаясь, сопя пыхтеть, Меняя облик свой молочный И, извалявшись в иле сочном, Чернее стать чем сгустка мрак Ну, а хозяин... Вот чудак! Не понимает прелесть сути На берегу кричит до жути И требует, чтоб ванну грязи Покинул пёс в котором разе.
Пруд обмелел: теперь он лужа.
И птицы больше там не кружат.
В нём по колено воробью....
Конец там рыбьему житью.
Теперь лишь грязь...Того и надо!
Для пса, как снег что бел, отрада
С разбега в гущу залететь,
Барахтаясь, сопя пыхтеть,
Меняя облик свой молочный
И, извалявшись в иле сочном,
Чернее стать чем сгустка мрак
Ну, а хозяин... Вот чудак!
Не понимает прелесть сути
На берегу кричит до жути
И требует, чтоб ванну грязи
Покинул пёс в котором разе.
