Константин Дмитриевич Бальмонт родился в Гумнищах Шуйского уезда Владимирской, губернии 4 июня 1867 г. Он рос в небольшой усадьбе отца, помещика небогатого, страстного охотника. Мать — дочь генерала, известная в Шуе и ее окрестностях деятельная помещица. По свидетельству поэта, мать оказала на него глубокое влияние. Именно она ввела его в «мир музыки, словесности, истории, языкознания». Ее помощь сыну была многообразной и действенной.
Первые десять лет жизни прошли в деревне. В автобиографии, написанной в июне 1907 г. и помещенной в «Книге о русских поэтах последнего десятилетия», Бальмонт говорит о своей ранней любви к деревне и к морю. Горожанин, он ненавидит город, «как рабское сцепление людей, как многоглазое чудовище». И все же в городе он находит свободу и «отравы пьянящие, которые уже вошли в душу и которые, ненавидя, люблю».
Воспитывался Бальмонт на произведениях русских классиков. «Первые поэты, которых я читал, были народные песни, Никитин, Кольцов, Некрасов и Пушкин. Из всех стихов в мире я больше всего люблю «Горные вершины» Лермонтова (не Гёте — Лермонтова)».
Чтение стало любимым занятием Бальмонта. В его жизни чтение, книга, самообразование играли первостепенную роль.
Первые стихи, написанные в десятилетнем возрасте, жестоко были раскритикованы матерью. Наступило шестилетнее молчание. Гимназист призадумался. После перерыва из под его пера появляются стихи, в которых чувствуются явные перепевы поэтов некрасовской школы, поздних народников.
В 1884 г. Бальмонта исключили из гимназии (VII класс) за принадлежность к кружку, занимавшемуся распространением нелегальной литературы. В конце 1884 г., после хлопот матери, Бальмонт был записан в гимназию города Владимира. Через полтора года он закончил гимназию, которую называл «тюрьмой».
Осенью 1886 г. он поступает в Московский университет (юридический факультет). Год спустя он был обвинен в участии в студенческих беспорядках, три дня просидел в Бутырской тюрьме и был выслан в Шую. Здесь он снова связывается с революционно настроенными людьми, задумывает
новые решительные шаги: например, хочет участвовать в террористическом акте. Вскоре он оказывается вне университета.
В 1885 г. состоялось личное знакомство Бальмонта с В. Г. Короленко, принявшим близкое участие в его начальной литературной судьбе. Начинающий поэт получил действенную поддержку мастера.
После новой неудачной попытки систематического ученья (ярославский Демидовский лицей) занимается самообразованием. Неудачная женитьба, нервное расстройство, бытовые неурядицы, душевная смута, в которой он не в силах был разобраться и преодолеть ее, толкнули Бальмонта на самоубийство. В марте 1890 г. он выбросился из окна третьего этажа, остался жив, но был надолго прикован к постели. В Ярославле Бальмонт выпустил «Сборник стихотворений» (1890), не принесший ему ни радости, ни успеха. Бальмонт уничтожил почти весь тираж, повторив поступок других русских поэтов.
С помощью старших друзей (в первую очередь должен быть назван профессор Московского университета, историк литературы Н.И. Стороженко) Бальмонт получает заказы на переводы. Он работает над переводами книг по истории скандинавской и итальянской литературы, над переводом любимого им английского поэта Шелли, выступает с публичными лекциями.
Первые стихи Бальмонта — перепевы Надсона и эпигонов некрасовской школы:
Народ родной, ты истекаешь кровью!
О, если б у тебя нашелся друг.
Который, наклонясь к тебе с любовью,
С себя бы сбросил бремя страшных мук!
Но нет его—
Это из стихотворения «Черный год» — о голоде 1891 г. Стихи начального периода — с жалостной, намеренно щемящей нотой, по темам, пафосу и версификации повторяющие давно уже известные русской поэзии по лучшим ее образцам мотивы.
Книги Бальмонта «Сборник стихотворений» и «Под северным небом» успеха не имели. Особенно резким был отзыв А. Волынского: «поэтическое бессилие», «комизм, граничащий с поэтической галиматьей».
Именно в эту пору (1890—1900-е годы) зарождался и оформлялся русский символизм. Бальмонту суждено было стать одним из его лидеров. Поэт с легкостью отошел от своих ранних стихов с их мотивами жалостливого народолюбия и целиком перешел в лоно художников, считавших себя рожденными «для звуков сладких и молитв».
Сборник «В безбрежности» (1895) — знак перехода в символизм с его смутностью мысли, эгоистическим кодексом избранничества.
Вслед за сборником «Тишина» (1898) появилась книга «Горящие здания» (1900), утвердившая имя поэта и прославившая его. Это был взлет Бальмонта, его творчества. Он был закреплен «книгой символов» — «Будем как солнце» (1903) с эпиграфом из Анаксагора: «Я в этот мир пришел, чтоб видеть Солнце», ставшим и первой строкой первого стихотворения книги. Следующая книга «Только любовь», вышедшая в том же году, также относится к периоду творческого взлета поэта.
В зрелые годы Бальмонт ценил все ту же непомерность, резкие, пламенные тона: «Я хочу горящих зданий, я хочу кричащих бурь!» Жизнерадостность сменила предшествующую ей раздумчивую печаль. Поэт декларировал свою полную свободу от предписаний («Я знаю полную свободу»). Нередко за этой демонстративной радостью стояла риторика, порой из-под пера поэта выливались строки убедительной лирической радости бытия, гимны весне...
Из Вступительной статьи Льва Озерова