Весной 1822 года, посетив Петербургский университет, попечитель округа Дмитрий Рунич обнаружил, что знания обучающихся «столь поверхностны и ничтожны, что большей части нельзя по справедливости присвоить названия студентов». Более того, из шести десятков студентов «два оказались пьяными, и между всеми допущены грубейшие пороки». В результате отчислили более 30 юношей, которых сочли «совершенно потерянными для учебного ведомства». Среди них оказался и сын бедного священника Дмитрий Богданов.
Ему посчастливилось поступить в столичный университет за казенный счет и почти окончить курс наук. Причем за 5 лет обучения он показал блестящие способности к изучению восточных языков. Так что талантливого студента не исключили. Но он продолжил прогуливать занятия, пьянствовать и проявлять наклонности к порочной жизни.
В итоге его отчислили. Однако о судьбе Богданова доложили императору Александру I, который распорядился сообщить, «в какой род жизни обратится он после сего исключения, и куда на службу определен будет».
Дело лично контролировал министр духовных дел и народного просвещения Александр Голицын. В течение 1823 года он периодически интересовался у петербургского генерал-губернатора Михаила Милорадовича, как обстоят дела. В Министерство иностранных дел исключенного студента не взяли, а в других сферах он не смог найти себе применения, «оставаясь без всякого занятия в праздности».
Ситуацией обеспокоился даже Комитет министров! Государственные мужы посчитали, что он может «предаться еще более разврату и впасть даже в самые преступления», а потому предписали Министру внутренних дел Василию Ланскому категорично объявить Богданову, «чтобы он не далее, как в три месяца, записался в какое-либо состояние или вступил в службу».
Царскосельский уездный предводитель дворянства известный дипломат Константин Родофиникин принял молодого человека канцелярским служителем местной дворянской опеки. Это социальное учреждение занималось попечением о «личности и имуществе» престарелых и недееспособных дворян, их вдов и сирот. Здесь бывший студент проявил себя «весьма прилежным и усердным».
Весной 1825 года Дмитрий Богданов обратился к руководству Петербургского университета с просьбой допустить его к испытаниям на соискание степени «действительного студента». Это была ученая степень, которая присваивалась выпускникам , успешно выдержавшим экзамены. Просьба была удовлетворена и он сдал экзамен.
Министр народного просвещения адмирал Александр Шишков доложил об этом императору. Александр I повелел присвоить исправившемуся молодому человеку более высокую степень кандидата Университета, дававшую право на чин Х класса на гражданской службе (коллежский секретарь).
По материалам рубрики «Наследие» авторов Анны и Юрия Манойленко.
Читайте также:
Самые интересные очерки собраны в книгах «Наследие. Избранное» том I и том II. Они продаются в книжных магазинах Петербурга, в редакции на ул. Марата, 25 и в нашем интернет-магазине .
Еще больше интересных фактов из истории, литературы, краеведения, искусства и науки - на сайте Лектория.
