Наблюдая Киркорова в военном госпитале Феодосии, почему-то подумалось, что любое общество в любой временной точке всегда находится в состоянии гражданской войны. Просто у неё различают две фазы противостояния страт: горячая и холодная.
Падение американского гегемона, а он падает, цементирующего ранее все несправедливости мира, конечно, обостряет социальную ненависть страт, раз уж обмельчали и выродились большие, согласно марксисзму, классы. СВО на Украине оказалось молоточком, разбившим стеклянную чашку мирового консьюмеризма. Плохая новость в том, что консьюмеры живут по обе стороны фронта. Той стороны, что за свободу, на которой сражаемся мы, и той, что за поклонение единой матрице глобализма, где каждый неуспешный в системе потребительских координат равно навоз. Его личная судьба равна навозу, судьба его детей, если есть, тоже навоз, плюс общая безнадёга и нищета.
Сам по себе армейский подвиг и даже Победа на Украине не означают и не гарантируют автоматических подвижек и реформ в тылу. Скорее наоборот, способствуют забронзовению элит, см. США. Победители Наполеона и Фридриха Великого возвращались в сословное/крепостное общество, которое во вторник напрочь забывало великие жертвы понедельника.
Остается слабая надежда на гибридный характер событий. Лучше анекдота многослойность происходящего не проиллюстрируешь:
Сидят два русских танкиста в центре Киева на Крещатике, пьют кофе, рядом «припаркована» колонна танков, мимо едут армейские обозы. Один говорит другому: «Об одном сожалею – проиграли мы информационную войну».
Война «кто кого» с Западом – это не только сражения, обстрелы, кровь и пот наших ребят на Донбассе, под Харьковым и Одессой, гибель гражданских. Не только запредельная медийная грязь. Это ещё и состязание элит, технологических укладов, а также обществ в способности быть честными друг с другом и всеобщей готовности к жертвам мобилизации.
В одном из своих интервью кинорежиссёр Юрий Быков восхитился жёлтыми жилетами Франции. Какое, мол, великое гражданское общество живёт по соседству и свободно дышит. Юрий, любимый мною за «Аритмию», человек рефлексирующий, от политики далёкий. Поэтому Анатольевич не в курсе, что «жёлтые жилеты» во Франции за годы протестов, тысячи сожженных автомобилей, разбитых витрин и раскуроченных магазинов не добились Н И Ч Е Г О – от слова «зеро». Мнение бедного быдла элиту в Европе не интересует. Никогда не интересовало. Исключение – послевоенный мир и наличие СССР в соседях. То есть ситуация реальной конкуренции.
Наблюдая зарева пожаров, «коктейли Молотова», слезоточивый дым, водомёты и шумовые гранаты в самом центре самых больших городов Франции, как человек русский, перенося мысленно события на родную почву, режиссёр Быков даже предположить не способен, что визуально фиксирует выхлоп протестной энергии охлоса в никуда. Спустили пар, надели галстуки или вернулись на свалку. Тчк.
Юрий знает, что в России никто бы на работу завтра не вышёл. Здесь такие номера не проходят. Тут везде Челябинск, если не сказать Казань.
В смысле устойчивости систем, а именно в это состязание в войне с Западом перетекает Россия, архиважно ощущение обществом понятия солидарности и справедливости.
А наша элита зачастую ведёт себя, как в ситуации с медведем и двумя охотниками, где не нужно бежать быстрее медведя, нужно бежать быстрее второго охотника.
Ребята, я не против Киркорова. Вот он в госпиталь приехал, зайка такая. Возможно, в Донецк доберётся. А уж какой концерт в Киеве или Одессе на годовщину освобождения забабахает… Век фейеверков не видать. А на 30-летие ОСВОБОЖДЕНИЯ?.. Он же вечен. Вампир практически.
Консьюмеризм в любой сфере порождает выжженную землю, отрицательный отбор, непотизм и другие нехорошие слова. Со всем этим от медведя, Монгайт соврать не даст, бежать тяжело. А если медведей в лесу двое?
Вадим Авва