«До пяти лет я вообще не ходил»
46-летний Рамис Заббаров, или Абдулкуддус хаджи, родился очень слабым ребенком и сильно отставал от сверстников в развитии.
«До пяти лет я вообще не ходил. Шея не держала голову, а руки и ноги были очень слабыми и меня не слушались», – вспоминает он.
Нашему герою пришлось сменить несколько учебных заведений, прежде чем он попал в комфортные для себя условия.
«Сначала учился один год в деревне, затем один год на домашнем обучении. Потом родители переехали в Казань, поближе к врачам, чтобы наконец поднять меня на ноги. Год я проучился в интернате, а потом меня перевели в вспомогательную 61-ю школу. К тому времени я уже умел разговаривать, не просто как ребенок, а полноценными предложениями. В школе меня учили многим очень нужным, жизненно необходимым вещам. Аллах потихоньку приводил меня на истинный путь», – рассказывает Рамис.
Путь в религию
Спустя несколько лет после окончания школы наш собеседник начал обучение в медресе «Мухаммадия».
«Вообще я ходил туда вольным слушателем. Но Коран я умею по-арабски читать. Таджвид, правда, пока слабо знаю. На данный момент я четыре или пять раз Коран вычитал», – уточняет Рамис.
По словам хаджи, в религии он уже больше 20 лет.
«В 1999 году 1 августа я принял ислам. Помню, что пришел в мечеть в период Рамадана. Со временем начал по 200, 300, а иногда по 500 раз повторять зикр. И тогда как будто что-то открылось. Зикр очищает всю грязь и оставляет только бриллиант. Как напильник работает. Аллах почистил меня.
А потом постепенно начал читать намаз и каждый день ходить в мечеть. Общался с молодыми братьями-мусульманами. Мне тогда всего 25 лет было, со стариками было неинтересно», – с улыбкой вспоминает наш герой.
Первый хадж
Спустя девять лет после принятия ислама – в 2008 году – Рамис впервые отправился в Мекку.
«Поехать в хадж мне помог один из братьев-мусульман. Его имя я не стану говорить, но он полностью оплатил мне путешествие. Свой первый круг в тавафе я провел не наверху, не на балконах, а прямо около Каабы. Меня тогда оберегали двое крепких парней, они просили паломников расступиться, чтобы я мог проехать на коляске. За этот круг они устали, а мне Аллах как будто дал сил, и чувство было, что уже не они меня ведут, а я их.
В 2008 году и правда было очень тяжело: народу было много, все толкаются, жмутся. Точно не помню, но, кажется тогда было 4 миллиона зарегистрированных паломников и столько же незарегистрированных», – говорит наш собеседник.
«Если в следующий раз смогу приехать, то я сам пройду все тавафы»
Свой первый хадж Рамис сделал за родственника, оплатившего хадж, а второй – в этом году – сделал за маму своего знакомого. Проводя параллели между первой и нынешней поездкой в Мекку, наш собеседник подмечает, что, во-первых, в этом году «было гораздо свободнее», а во-вторых, этот хадж сильнее откликнулся в его душе.
«В первый раз во время тавафа перед Каабой я не плакал. Очень этому удивился. Люди вокруг меня плакали, а у меня не получалось. А сейчас, во второй мой хадж, я взорвался слезами. И даже не понимаю почему! Или я соскучился, или что-то другое, но я по-настоящему сильно плакал каждый день. Аллах дал мне прочувствовать еще сильнее. Он открыл мне сердце. В один из дней я даже попросил Всевышнего, чтобы он меня успокоил. И оставшиеся дни я не проронил ни слезинки», – рассказывает Рамис.
В будущем Абдулкуддус хаджи планирует совершить еще один хадж, но собирается пройти все испытания самостоятельно, без какой-либо помощи.
«Если в следующий раз смогу приехать, то я сам пройду все тавафы. Последний, прощальный таваф у меня в этом году был невероятный. Меня случайный человек подхватил и повел на второй этаж мечети. Потом он сказал, что мы прошли шесть километров! Я когда это услышал, чуть не упал», – заканчивает свою историю хаджи.
Ильгизар Вахитов, «Миллиард.Татар»