Он проснулся от шума на улице. Сквозь дырочку в стене светило солнце. Юрта была старая, поношенная, доставшаяся от отца. Выглянул на улицу. По лагерю бродил народ. Узкоглазый, темнокожий, грязный. Кто разводил костёр, кто по воду, кто лепёшки стряпал, а кто с оружием возился. Он свернул за юрту и помочился на куст. Почесал бедро. Зарядку бы надо сделать. Присел два раза и пошёл к реке, мыться. Река была незнакомая, большая. Таких он не видел никогда. Родная Селенга намного меньше. Но даже её он никогда не переплывал. А эта река была огромной. Стрела не перелетит. И конь не переплывёт. У костра нашёл кусок лепёшки и монгольский чай. Быстро перекусил. Готовить что-то не хотелось, да и экономия. Если повезёт, то к обеду разорим какую-нибудь русскую деревню. Главное, быть в первых рядах, иначе ничего не достанется. Как в прошлый раз. Был в середине войска. А толку-то. От коров только кишки остались и кости. Чёртовы монголы обглодали всю деревню. Чёртовы монголы. Кстати, почему мы зовёмся т