Иногда может казаться, что люди не подходят друг к другу. Неважно, говорим мы о дружбе, романтике или деловых отношениях. Один выглядит самым настоящим волком, а другой рядом с ним ягненком. Так может выглядеть не только со стороны, но и когда вы сами находитесь в таких отношениях.
Например, Сюзанна может жаловаться на своего парня Геннадия, ярко описывая то, какой он диктатор, который говорит что и как ей делать, и что он считает, мол "есть только два мнения: его и неправильное". А вот она о нем и заботится, и глаза на многое закрывает, и быт весь на ней. А вы так слушаете и недоумеваете, как же такая святая овечка оказалась в лапах такого чудовища. Из ниоткуда всплывает желание примерить рыцаркий доспех и, если не вызволить принцессу из башни, так хоть морально поддержать.
Но тут стоить придержать Росинанта, потому что злобный великан может оказаться ветряной мельницей.
Все дело в том, что как бы причудливо не выглядела крышечка от чайника, какая бы изогнутая форма у нее не была - если она долго и крепко находится на месте, то, скорее всего, она идеально подходит. Потому что у чайничка есть как минимум внутренняя часть и обратная сторона, которые не видны при первом осмотре. И даже если заменить этот самый чайничек, то, скорее всего, крышечка найдет такой же чайничек с минимальными изменениями.
Геннадий, конечно, может и правда является таким авторитарным злодеем, но Сюзанна сама такого и хочет. Хочется ей страдать на глазах других людей, чтобы её: а) или жалели, б) или восхищались ее силой. Или же она сама по себе нерешительная леди и, словно буриданов осел, никогда не может сделать выбор самостоятельно. Причем это касается всего: и выбора работы, и заказа в кафе. Да и сама она не такая уж и беззащитная, а уверенная любительница драм, и закатывает истерики по малейшему поводу. И ни один рыцарь на самом деле не сможет выдержать такого напора. Для этого нужен дракон. И таким драконом является Геннадий.
Добровольное длительное сосуществование невозможно, если кусочки пазла не стыкуются. Однако сами кусочки могут не видеть неидеальных частей в себе, зато вот изъяны другого кусочка выпирают настолько сильно, что заставляют поверить в свою невинность.
