Эта история произошла во время войны. Алевтина встретила двадцать второе июня в родной белорусской деревушке. Практически всю войну до тысяча девятьсот сорок четвертого года ее деревня находилась под немецкой оккупацией. Жизнь на оккупированной территории заслуживает отдельных рассказов, если это вообще можно было назвать жизнью. Грабежи, издевательства, убийства, насилие, голод – в этом кошмаре пришлось жить на протяжении трех долгих лет. Но мой рассказ начнется с радостного и долгожданного освобождения Алиной деревни.
Весть о том, что Красная Армия уже подходит к деревне разнеслась быстро. Немецкая разведка тоже не отдыхала. Аля вспоминала потом, как страшно бежали из деревни немцы: «Они врывались в дома и убивали людей, многие дома просто сожгли. На улицах тоже валялись убитые. А мы спрятались в вырытой нами с мамой яме за сараем. Я, мама и маленький Миша пересидели там и спаслись чудом. А через день или два, уже и не помню, пришли наши. Встречали мы их с цветами, а угощать было нечем. Все разграбили немцы».
Недалеко от дома около леса собирали Аля и Миша хворост для растопки. К Алевтине подошел простой русский солдат и представился Степаном Плетневым. Помог донести вязанку с хворостом, по дороге много разговаривали. Пока взвод Степана стоял в деревне, очень сдружились они с Алей. Ей было едва семнадцать, а ему уже двадцать три года. Парень с девушкой полюбили друг друга с первого взгляда. Но вот, пришло время уходить, прощались молодые. Степан обещал писать Але письма и вернуться к ней после войны.
"Даст Бог, жив останусь, поженимся с тобой, милая. Дом большой построим. Я сам детдомовский деревенский, из Свердловской области. Дождись меня, Аля. Только дождись»
Военное время – тяжелое, противоречивое. Писали друг другу письма Аля и Степа, да только Аля ни на одно свое письмо ответа не получила. Так и решила, что убили Степу. Но прошло девять месяцев, и Алевтина родила сына. Ох и разговоров было на деревне, Боже сохрани. И осуждали бедную, и пальцем показывали, и разговаривать многие даже не хотели с ней. Да только Аля сильная была и сына своего Васеньку очень любила. Так и осталась она жить с мамой и братиком своим, а отец еще в сорок первом в лесу с партизанами погиб.
Время шло, вырос Василий, женился и сам уже стал отцом. Всю жизнь он прожил с матерью и бабушкой. Алевтина так и не вышла замуж, жила для сына и брата. Еще в юности Вася узнал историю о том, кто его отец и как они познакомились с мамой. Да вот только решил Вася, что попробует отца разыскать. А если и не отца, то может, историю его гибели. Знал он об отце немного: название части, имя, фамилию и отчество, а также звание, в котором он служил в сорок четвертом. Аля была против этих поисков, но Василия было уже не остановить. И ведь через полтора года его бесконечных писем и запросов в военкоматы, паспортные столы и даже в райком партии, он получил ответ, а следом и письмо от родного отца. Вскоре сам Степан приехал в далекую белорусскую деревушку к сыну и к Алевтине.
Вот что рассказал Степан:
"Я писал тебе письма, Аля, да только ответов так и не получил. Понял, что забыла ты меня, замуж, наверное, вышла. В апреле сорок пятого на Одере я был очень серьезно ранен в голову и осколочных много по всему телу. Попал в госпиталь и на фронт уже не вернулся. Победу встретил на больничной койке в Дрездене. Поправился и подался в родные края на Урал. Хотел заехать было сюда, да не решился. Думаю, зачем бередить прошлое, если не хочешь ты видеть меня. Устроился плотником в деревне у нас, а через два года женился. Так и живу, вот, с женой. Двое сыновей у нас и дочка. Да, вот, оказывается, еще один сын то у меня есть и внуков уже двое. Эх Алевтина, не знаю, я кто виноват в этих письмах недошедших. Да если б я только знал, что ты сына родила… Да я ведь долго еще тебя вспоминал, очень ты мне полюбилась»
Алевтина растрогалась, слезы потекли. Василий со Степаном бросились ее успокаивать.
«Знать судьба такая, Степушка. Не кори себя ни за что. Старого не воротишь и не зачем плакать. Езжай домой с миром» - ответила Алевтина.
Степан уехал, с сыном он общался письмами. Несколько раз Василий с женой и детьми приезжал в гости к отцу. А потом старший сын Василия Андрей уехал учиться в Свердловск поближе к своему деду, так там и остался.
Алевтина конечно, всю жизнь любила одного Степана, ждала его, несмотря ни на что. А про письма затерянные все передумала и решила, что скорее всего мать письма от Степы от нее скрыла или сожгла. Очень она была зла на него и на тот позор, что им пришлось пережить за рождение Василия. Ну да Бог ей судья, если это так и Царствие небесное!
