«Мэнскейпинг» (от англ. manscaping) – слово, обозначающее уход за растительностью на мужском теле. Отношение к такому уходу и у мужчин, и у женщин разное. Читательница «Газеты.Ru» рассказала, почему считает густую растительность на теле мужа неуважением к ней и к окружающим.
Моя свекровь, женщина неплохая, но старой закалки, любила повторять, что мужчина должен быть немногим красивее обезьяны. И вообще, принцесса в семье предполагается одна – жена, а нормальный мужик «всеми этими бабскими штучками» интересоваться не должен. Теория у Аллы Леонидовны не расходилась с практикой.
Она – всегда благоухающая хорошими духами, со свежим маникюром даже на даче, пышной укладкой и тщательно прокрашенными корнями волос. Свекор, Олег Игоревич, вне работы ходил в трениках и хрестоматийной майке, а из всех средств ухода признавал банное мыло без запаха. Именно так, по его мнению, должен выглядеть «настоящий мужчина».
Когда мой будущий муж Лешка еще учился в школе, отцу было не жалко денег на навороченные лыжи для сына или дорогой фотоаппарат, но стригли его в эконом-парикмахерской и одевали на вещевом рынке. Да что там, его даже на танцы не отдали, хотя пластика и чувство ритма у мальчика были – позавидуешь. Но – не мужское это дело, ногами дрыгать!
Делаешь из парня метросексуала!
Когда я познакомилась с будущим мужем, в его гардеробе было три рубашки, два свитера с катышками и джинсы невнятного цвета и фасона. Подруги шутили: зато никто не отобьет такое сокровище. Я смеялась вместе с ними, но на самом деле было обидно за Лешку: красивый стройный парень, но за старомодной одеждой и плохой стрижкой так сразу и не разглядеть.
Самое грустное, что Леше самому было совершенно все равно, как он выглядит. Удобно, не жмет – и ладно. После свадьбы я попыталась взять ситуацию в свои руки: потихоньку начала избавляться от старой одежды мужа и покупать ему нормальную.
Жуткие свитера «по ошибке» постирала так, что они сели, рубашку «случайно» прожгла утюгом.
Раз ему все равно, в чем ходить, пусть носит модные фирменные вещи.
Постепенно приучила Лешу к хорошим средствам ухода за собой – качественный станок для бритья, дорогой шампунь, гель для душа. Договорилась с парикмахером с работы, что он будет стричь Лешу на дому и формально за те же деньги, что и в его любимой эконом-парикмахерской (а разницу я потом возмещу).
Леша стал выглядеть как человек, правда, родители его ворчали: делаешь из парня этого, как его, метросексуала, прости господи. Если бы! Некоторых очень важных вещей добиться не смогла даже я.
Я тебе не стриптизер!
Было несколько вещей, очень, на мой взгляд, важных, о которых мы так и не смогли договориться. Первая – уход за руками и ногами. Я считаю маникюр и педикюр необходимым минимумом для человека любого пола. Ну невыносимо же смотреть на заусенцы, криво подстриженные ногти и заскорузлые шершавые пятки. А уж когда прикасаешься к такому «наждаку» в постели!
Вторая проблема – это нежелание брить подмышки и зону бикини.
Неловко выносить подобное на всеобщее обсуждение или осуждение, но, может быть, кто-то из мужчин прочитает это и задумается? Каково смотреть на «кусты» под мышками и заросли в интимных местах? О каком возбуждении может идти речь?
Как я только ни старалась – и уговорами, и шантажом – муж был непреклонен. Он не стриптизер, чтобы эпилироваться.
Этим летом конфликт достиг предела. Мы поехали большой компанией на отдых: сняли коттедж на берегу Волги на несколько семей. Конечно, плавали и загорали. Я с тоской смотрела на мужчин своих подруг: с гладкими подмышками, ухоженными ступнями, некоторые явно поработали с волосами на груди.
Когда Леша поднимал руки, я смотрела на его «кусты» и сгорала со стыда. Мало того, муж был в узких плавках (где он только их раздобыл), откуда тоже торчали «кусты».
Интересно, если бы я пришла в компанию с ногами фавна «а-ля натурель» и усиками над верхней губой, что бы он почувствовал?
Леша утверждает, что ему все равно, а проверить, понятное дело, я не могу. Но из-за его неряшливости отдых превратился для меня в полнейший стресс. Еще немного, и я готова добавить снотворное ему в кофе и эпилировать, пока он спит!