Серый,рогатый троллейбус медленно выползал из-за поворота,покачиваясь на ухабинах давно не ремонтированной дороги. Заиндевелые,под густым слоем ночного инея,провода громко трещали и искрили от первого прикосновения токоприемников. Троллейбус неловко дернулся на дорожной колдобине,мотонул задом,токоприемник коротнул синей вспышкой,отскочил,ударил по второму и тяжелая машина,всей своей коровьей тушей перегородила пустую еще дорогу.
- Зоя,иди ручник подержи,а потом тумблером щелкнешь. Опять этот п.дор электрик,ни х.я не сделал. Я ему эти контактора,в .опу засуну.- Беззлобно,скорее по привычке,ругалась водительша,- здоровенная,мужиковатая баба,похожая на ....
Она ловко сплюнула сигаретный бычок и так же ловко шурудила длинными,изношенными штангами токоприемников. Штанги были кривые и изношенными,таким же изношенным был и троллейбус,такой же кривой и изношенной была жизнь водительши,воспитывавшей,в однова внучку,мать которой седьмой год топтала зону,а отец ребенка крепко сидел на мефедроне и помощи от него было не дождаться. Седьмой же год водительша выплачивала ипотеку. Выплачивала тоже в однову,ибо мужик ее,хороший,в общем то парень,и бивший то ее,всего раз десять,доживал последние дни в изоляторе тубдиспансера.
Однако штанги токоприемника,ведомые опытной рукой,ловко встали на место. Мотор заурчал и остановочная толпа работяг,сплевывая бычки дешевых белорусских сигарет,привычно откашливалась постковидной слизью и торопилась занять места у печки,да у окошечка. Впрочем,у печки было только одно место и то занятое кондуктором,оставалось довольствоваться местом у окошечка,у которого было удобно спать прижавшись гудящей от вчерашней пьянки головой к холодному окошку.
Примерно,через час неторопливая корова-троллейбус приволокла десятка три бедолаг к проходной трубозакатного завода. Такие же работяги выскакивали из насквозь замороженных маршруток,трясущихся трамваев,холодных дребезжащих автобусов. Некоторые,правда,прикатили в своих закредитованных автомобилях.
Все они находу здороваясь,торопились затянуться дрянными сигаретами,дававшими иллюзию тепла,держали под мышкой пакеты с банкой вчерашнего борща и куском черного хлеба.
Начальство систематически подымало им прожиточный минимум,зарплата росла,но рацион,почему то не улучшался.
Я тоже бежал в торопливой толпе,привычно кивая по сторонам и слушал как громкоговоритель над проходной читал стихи поэта Блока:
В соседнем доме окна жолты
По вечерам,по вечерам
Скрипят задумчивые болты
Подходят люди к воротам
.....
Они войдут и разбредутся
Навалят на спины кули
И в жолтых окнах засмеются,
Что этих нищих провели.
Тьфу,...твою мать! Какой к черту,Блок!
Это же противоковидные правила,- подумал я. Да,вчера лишку жахнул!
Рабочие толпились у проходной,что бы пройти через рамку металлоискателя,глянуть любовно в глаза охранника,постаравшись дыхнуть в сторону и бежать дальше,к своему цеху. И только важные начальники ,лихо подруливали на дорогих авто,слегка приоткрывали окошко,чтобы сквозь зубы буркнуть вытянувшемуся охраннику: то ли привет,то ли пшел!
Старые и молодые,рабочие и начальство,конторские и цеховые,- все спешили на оперативное совещание,проводимое перед работой,спешили высказать свои замечания и получить задание на смену...
- 2 -
За маленькой трибункой стоял грузный мужчина,с багровым лицом и пытавшийся что то писать трясущимися руками. Шариковая ручка,писать не хотела и выделывала замысловатые кренделя. Мужчина грубо выругался и кинул ручку молодому:
- На,записывай замечания.
Замечания давал машинист агрегата №16.
- Работает на двух приводах,ограждение сломано,сигнализации нет,предохранительный клапан - не действует...
- Да,что писать то ,- я вчера это говорил,и позавчера говорил,и месяц назад говорил...Возмутился машинист агрегата.
- И будешь еще десять раз говорить. Твое дело сказать - свою жопу прикрыть. А работать,все равно будешь. Не нравится- пиши заявление. - Подытожил,здоровенный,громкоголосый начальник плана,- Никифор Буряков.
- Итак,на сегодня план - шестьсот; заточка - пятьсот; обточка - семьсот; выручка - тыща триста...Слышь,сдатчица,- тыща триста и не меньше,будет меньше - на работу можешь не выходить.
Дверь резко отворилась и в помещенье уверенно вошел молодой холеный мужчина,в белой защитной каске и новенькой спецовке,- начальник цеха Петрович.
- Какие б... тыща триста ?! Тыща пятьсот,- не меньше иначе я тебя и тебя,- ткнул он жирным корявым пальцем,в двух начальников,- уволю!
- И главное: мне ваши тонны на хрен не нужны,вернее вы их и так сделаете. Завтра приезжает Гениальный акционер,- проверять побелку дорожек. Так,что белить по трафарету...
- Трафарет сломан,- вставил кто то.
- Начальник плана,что б...за бардаак! На трубозакатном заводе,- трафарета нет?! Уволю!
Осмелевший старший машинист агрегата ,заикнулся было про сломанное ограждение
- Покрасить!
- А вот ,предохранительный клапан...
- Побелить! И главное,не забывайте про гостевой маршрут: все должно быть побелено- по трафарету- и покрашено в розовый цвет. Это любимый цвет Гениального Акционера! Торжественно закончил начальник цеха.
