Письма литераторов и художников Генриху Ягоде, 1933

Беломорско-Балтийский канал, построенный исключительно силами заключённых, считался настоящей гордостью первой пятилетки. В начале августа 1933 года канал посетила процессия из 120 живописцев и литераторов. Возглавлял группу Максим Горький.

Писатели, побывавшие в этом страшном месте, позже создали 600-страничную памятную книгу «Беломорско-Балтийский канал имени Сталина».

Вернувшись из своеобразной командировки, многие работники искусства решили высказать одобрение и отправили Генриху Ягоде, одному из кураторов стройки, письма, в которых хвалили его славный труд, «человечность и гуманность».

---//---

Тов. Ягода!

Мы, Кукрыниксы, работая как художники-сатирики, избираем мишенью людей с «родимыми пятнами» прошлого. Этих людей мы бичуем. Если Ваша работа будет проходить такими темпами и все эти люди изменят свой внутренний облик — нам тогда скоро придется «перековаться» на другую профессию.

Восхищены грандиозной работой ОГПУ!

Художники Кукрыниксы: Куприянов, Крылов, Соколов.

22/VIII-33 г.

---//---

Товарищу Ягоде

от поэта, с гордостью носящего присвоенное ему

враждебной нам прессой всех стран имя литературного чекиста

Донесение

Я сообщаю героической Чека,

Что грандиозность Беломорского канала

И мысль вождя, что жизнь ему давала,

Войдут невиданной поэмою в века,

И если коллективом вдохновений

Поэму Беломорского пути

Сумеем мы в литературу донести,

То это будет лучшее из наших донесений.

22/VIII-33 г.

Безыменский

---//---

Генриху Григорьевичу Ягоде.

«Человечность» и «гуманность» все же великие слова, и, мне кажется, не надо отказываться от них. Высшая человечность и гуманность есть то, что сделано Вами — первым из строителей ББВК. Она заключается в замечательной работе над исправлением человека. Она заключается в заботе о создании лучших условий жизни для трудящегося человечества. Всякая иная человечность и гуманность есть ложь, лицемерие и ложь.

Л. Никулин

1933−22-VIII

Вагон Сороки-Ленинград

---//---

Милый Генрих Григорьевич,

поспешно, на бегу поезда, чужой ручкой — Вл. Лидина, крепко-крепко благодарю Вас за великолепную мысль, позволившую нам увидать Б.-Б. Канал. Страшно жаль, что не удалось мне увидать его раньше, весной, когда предлагали Вы.

Целую Вас крепко.

22/VIII 1933.

Всеволод Иванов

---//---

Дело не в том, что я видел грандиозные сооружения — плотины, шлюзы, дамбы и новый водный путь.

Меня больше всего поразили люди, которые там работали и которые организовали эту работу.

Я увидел воров и бандитов (нынче ударников), которые произносили речи человеческим языком, призывая товарищей по работе брать теперь с них пример.

Мне не приходилось раньше видеть ГПУ в роли воспитателя, и то, что я увидел, было для меня чрезвычайно радостным.

22/VIII-33.

Мих. Зощенко

---//---

Я был в Карелии несколько лет назад. Блуждая по безмерным пространствам диких каменистых пустынь, я думал о том, сколько надо еще поколений, чтобы этот край стал обжитым, чтобы подчинились человеку эти леса и воды.

Я был не прав. Я не знал тогда, что труд, организованный большевиками, может за двадцать месяцев преобразить страну и людей.

Ленинград, 22 авг. 1933 г.

Николай Чуковский

---//---

Беломоро-Балтийский канал кажется мне высеченным в граните грандиозным памятником нашей великой партии и ее вождю Сталину.

Большевики-чекисты, ученики Феликса Дзержинского — Ягода, Фирин и их боевые соратники — претворили в жизнь великий замысел вождя.

Они — люди ленинской породы — сумели подчинить стихию, сумели вернуть к трудовой жизни тысячи людей.

Об этом сразу не напишешь. Трудно написать книгу, достойную Беломорстроя. Трудно, но почетно. Это должна быть книга о жестоких боях, о борьбе и победе, книга о воспитании правдой, книга о большевиках-чекистах, о нашей славной партии, имеющей таких вождей и таких бойцов.

22/VII-33 г.

Ал. Исбах

---//---

т. Ягода.

Я не писатель, и поэтому не умею образным словом выразить свое восхищение всем тем, что увидел и услышал. Я художник кисти — реалист.

Считаю, что самым реальным делом будет, если Беломоро-Балтийский канал, который сам по себе есть произведение искусства, будет от Балтийского до Белого морей отражен в произведениях изоискусства. Поэтому я хотел бы сколотить бригаду 5−6 человек из лучших художников весной после навигации, и возможно полнее и лучше отразить в картинах не только замечательные сооружения канала, но и людей-героев, строивших его.

23/VIII-33

Иогансон