Глафира впопыхах бежала через болота, а к ночи уже вернулась на телеге восвояси. Как стемнело, ведьма взялась за дело. Натопила в кружке воска и начала лепить восковую куклу. Добавила волос, завернула в одежду, что Глафира ей принесла, и нарекла куклу Михаилом, привязав его образ сюда. На столе она расставила чёрные свечи треугольником, посередине на блюдо положила горку кладбищенской земли с не упокоенной мужской могилы, а поверх земли восковую куклу. Открыла окно, распустила волосы, зажгла свечи в треугольнике и начала звать духа-помощника. «Приди, дух чёрный, Богом во тьму сосланный, помоги девке Глафире счастья добыть, красна молодца окрутить! Дело-то — угодное твоему Хозяину, что копытами землю топчет, что рогами небо скребёт, что углями-глазами сердце жжёт! А за помощь свою девке Глафире жертва тебе богатая — три петуха! Кровь их, мясо, жилы и кости. А петухи те — чёрный, белый и красный. Именем Хозяина твоего заклинаю, дух, ответь, ты здесь?» И ведьма воткнула иглу в левую свечу. Снова позвала духа, воткнула свечу в правую свечу, а затем в третий раз, центральную свечу проткнув иглою. «Заклинаю тебя чёрными свечами, чёрными делами, адской властью, дух, дай знак!» Ответ не заставил себя ждать. Пламя свечей вытянулось вверх, свечи сильно закоптили, а языки пламени вырисовывали странные узоры вверх. Земля на блюде начала шевелиться и складываться в знаки. Дух пришёл. Ведьма приступила к любовному заговору. А опосля и закреп своей работе. «Слово моё крепко. И печать на нём не божья, а рогатого! Не крестом, не молитвой, а тайною силою, заклятьем, исполнится воля моя! А кто дело моё порушить попытается, тому кол в бок, иглы в язык! И так тому и быть». Куклу положила в берёзовый туесок, засыпала сверху кладбищенской землёй, обернула туесок в чёрную тряпку да и закопала за оградою. В мешок положила три петуха, пойманных в сарае, и отправилась на перекрёсток трёх дорог. Отсекая головы петухам топором, бросала тушки на перекрёсток со словами: «Нанюхался, напился, из ада торопился, ты мне очень нуженный, приходи поужинай!» Ведьма быстро уходила с перекрёстка, не оборачиваясь. А на перекрёстке уже слышался хруст костей и чавканье. Прошло три дня, как и сказала ведьма, Глафира вышла из хаты поутру, глядит и глазам своим не верит. За изгородью стоит её суженый, Михаил Мышкин. Бледный, щёки впалые, сам на себя не похож, взгляд растерянный.
Подписывайтесь на мой канал! И ставьте лайки, это всегда приятно!