КОМАНДА 300

- Вставай, сынок, пора…, - сквозь сон услышал я тихий мамин голос.

- Уже ? – спросил я и открыл глаза. Мама сидела на краю дивана, держа на коленях мой вещмешок.

- Уже… - так же тихо произнесла она.

- Не волнуйся ! - улыбнулся я, сел и обнял маму, чувствуя, как вздрагивают ее плечи, - Это же всего на два года ! Санька же отслужил, и ничего ! Всего два года ! Все будет хорошо, не переживай… Все будет хорошо…

 Повестку из военкомата я получил два дня назад. «Явиться 1 ноября в 4 часа утра с вещами…» - звучало сухо и казенно, как приказ и приговор одновременно. Два дня прошли в приготовлениях и сборах, а накануне были проводы. Просидели с друзьями допоздна, с интересом слушая разные армейские байки уже отслуживших ребят. Больше всего мне запомнились слова Толика Гилева, Толича, как мы его называли. Он сказал, когда мы курили, стоя на балконе:

- Главное, чувак, не принимай все близко к сердцу, особенно «дедовщину». Прими это как само собой разумеющееся, как игру, тебе легче будет. Только не зацикливайся. «Дедовщина» была, есть и будет, без нее нет армии, это ее основа. Но все это лишь игра, запомни !

 Забегая немного вперед, скажу, что эти слова не раз выручали меня. Но это потом, а пока…

 К военкомату мы подъехали в половине четвертого. Я хотел было идти, но старший брат Саня остановил меня:

- Сиди, успеешь…

 Он достал бутылку водки и налил мне почти полный стакан:

- Держи, брат, для храбрости !

Я выпил. Мы вышли из автобуса, стояли, молча курили.

- Ну все, иди, пора, - сказал Саня и пожал мне руку, - Мы на вокзал поедем, найдем тебя там.

 Я оглянулся. Сквозь стекло автобусного окна я увидел, как мама крестит меня и что-то беззвучно шепчет. Сразу вспомнилось, как, пять лет назад, мы на этом же месте провожали в армию Саньку, и как мама тогда перекрестила его.

 Я улыбнулся маме, помахал всем рукой и пошагал к военкомату.

 Меня встретил офицер:

- Фамилия ?

- Садовников !

- Кто Садовников ? Артист Садовников ?

- Призывник Садовников, товарищ майор ! – поправился я, заметив одну большую звездочку на его погонах.

- Так то лучше ! Иди в ленинскую комнату, скоро поедем…

 В большом и пустынном кабинете сидели двое призывников.

- Здорово, мужики !

 Когда они обернулись, я удивленно и обрадованно крикнул:

- Димыч, ты ? Здорово !

 Дело в том, что с Димкой Свистуновым мы учились в одной группе ПТУ. Вместе проходили призывную комиссию. Вместе писали рапорты , чтобы служить в Афгане: «Прошу направить меня для прохождения воинской службы в Республику Афганистан для защиты завоеваний революции…». Из-за этих рапортов врачи из комиссии смотрели на нас, как на психов. В Афган нас не взяли, а зачислили в команду «300», что означало пограничные войска. Если об Афганистане мы не знали практически ничего, кроме того, что там вот уже шесть лет шла настоящая война, то о службе на границе было известно, конечно, больше. Было немало фильмов, в которых бравые пограничники лихо выслеживали и задерживали всяких нарушителей и диверсантов.      

- Здорово, Миха ! Вот, знакомься, - показал Димыч на второго парня, - Игорь Логинов. Тоже с нами, в погранцы, команда «300».

- Игорь, - представился парень.

- Миха, - ответил я и пожал протянутую мне руку.

- Майор сказал, нас будет четверо, - сообщил Димыч,- Ты вот пришел, а где четвертый ?

 В это время в коридоре раздался голос майора:

- Самченко ! Явился наконец-то ! Бегом в ленинскую комнату за остальными и чтоб через минуту стояли все четверо вот на этом самом месте ! Бегом !

 Мы с Димычем переглянулись.

- Самченко ?

 В этот миг в дверь просунулась голова и сказала:

- Мужики, здорово ! Пошли ! Майор зовет !

- Самец ! – почти одновременно заорали мы с Димкой и, схватив вещмешки, поспешили за Олегом Самченко, с которым также учились в одном училище, хоть и в разных группах.