Что приходит на ум, когда вы слышите имена Томас Алва Эдисон и Альберт Бюттнер?
- Первый - гений, который подарил нам лампочку. Ему все благодарны.
-А второй?
-Понятия не имею.
И действительно, про Эдисона знают все. Сегодня все считают его гением, но вот что касается благодарности... всё намного сложнее. Дело в том, что весь просвещённый мир, Эдисона, конечно, уважает, но более 30 лет с момента изобретения лампы накаливания многие его просто ненавидели.
В чём причина такой любви и ненависти, объединённых в одном стакане?
Ответ прост: лампочка.
Да, да, да, та самая лампа накаливания, которую он изобрёл. Вернее то, чем она крепилась к проводам. Эдисон придумал только две вещи: как осветить жилище человека, и как сделать замену ламп максимально надёжной. Так в 1894 году вместе с лампой появился цоколь Эдисона: тот самый цоколь, в который вворачивается лампа накаливания.
Без каких либо сомнений это был прорыв, который дал людям в их жилищах свет, можно было читать, писать, заниматься любимым делом, закатывать вечеринки, мешать соседям даже среди ночи, без боязни спалить хату лучиной или устроить взрыв бытового газа от внезапно потухшего газового фонаря.
Люди прославили гений Эдисона.
Однако уже через несколько лет восхищение сменилось непониманием, а потом совершенно нецензурной лексикой. Как оказалось, гений кое-что не предусмотрел, и именно из-за этой недоработки его костерили на чём свет стоит почти четверть века.
А не предусмотрел он одну, но очень важную вещь: что электричеством будут пользоваться не только для освещения.
Эдисон не подумал, что в сеть могут включить пылесос, утюг, дрель, кипятильник, айпад и ещё тысячи бытовых приборов. Которые, правда, тогда ещё не изобрели, но сразу же после подключения доступного электричества начали изобретать.
И вот теперь представьте: электричество в доме есть, лампы светят, электрические приборы уже начали появляться, а куда их, простите за выражение, втыкать?
Недоработочка!
Поэтому первые электрические приборы, которые появлялись в домах буржуазии, аристократов и прочих, не считающих денег личностей, подключались при помощи специального винтового переходника прямо в цоколь лампы Эдисона.
То есть, нужно было выключить лампу, вывернуть её из патрона, вкрутить в этот патрон винтовой переходник со шнуром, например, от пылесоса. А лампа-то горячая, и цоколь тоже. Если дело происходило вечером или ночью, то в придачу ко всему было ещё и темно... ведь лампу вывернули. Сколько людей поминали матом дедушку Эдисона за такую подлянку, не счесть. Весь мир с обожжёнными пальцами от горячих цоколей, ударенный несколько миллионов раз раз током, страдал почти 30 лет.
Первая попытка исправить недоработку Эдисона была предпринята в 1904 году американским инженером Харви Хабеллом. Многие сразу же оценили удобство его вилки и розетки, но был один момент, который не позволил его творению покорить мир. Дядька был жадный, и за каждую розетку с вилкой потребовал с производителей почти 25% отчисления. Кто-то соглашался, кто-то крутил у виска и предпочитал страдать дальше от неудобного цокольного переходника.
Через несколько лет стало ясно, что и изобретение Хабелла не допилено до нужной кондиции: у него не было заземления, которое так необходимо для электроприборов. Нужно было что-то новое. Ситуация изменилась в 1926 году, когда немецкий инженер Альберт Бюттнер придумал вилку и розетку с тремя контактами.
Он, как и Хабелл запатентовал своё изобретение, но просить слишком много за него не стал, удовлетворившись 1%. Так появилась система штепсельных соединений (вилка + розетка) Schuko, которая стала стандартом для большинства стран мира, её боготворят электрики и инженеры, но простые люди с фамилией Бюттнера не знакомы, а помнят только Эдисона.