Официально в Советском Союзе все люди были равны – привилегированных сословий в нём не было. Общество состояло из рабочего класса (его ещё называли гегемоном), крестьян и прослойки интеллигенции. Формально между ними не было никакой разницы, но тем не менее к шестидесятым-семидесятым годам в советском обществе появились и свои «дворяне», и «буржуи», и товарищи с привилегиями.
К последним можно было отнести работников партийного аппарата. У них были свои спецполиклиники, спецбольницы, спецдачи, спецсанатории. Впоследствии к ним присоединились хозяйственные работники из аппаратов Госплана, Госснаба, союзных министерств, они тоже завели себе ведомственные учреждения культуры и отдыха. Разумеется, они пользовались различными льготами при покупке путевок в такие заведения. О таких родственниках и знакомых мечтали, ведь через них – по блату – можно было достать не только путёвки в приличный санаторий, но и пропуск в так называемую «двухсотую» секцию ГУМа, где продавали различный дефицит. Возможно, зажиточными назвать этот слой сложно, но они были обеспеченными, как говорили тогда.
Впрочем, зажиточность по-советски определялась не количеством имущества – даже коррупционеры, имея тогда сотни тысяч рублей, не могли себе позволить купить несколько квартир или десяток машин – органы были начеку!
Одной из уважаемых профессий была профессия продавца. Тружеников советских прилавков окружали уважением и почётом родственники, друзья, знакомые, знакомые знакомых. И опять всё по причине возможности через них достать какой-нибудь дефицит.
Что характерно, о положении в обществе говорили содержимое холодильника и гардероб. Позволить купить себе хорошую колбасу, дорогой алкоголь или конфеты могли далеко не все. В такую категорию кроме партработников входили учёные, дипломаты и военные.
Что касается одежды, то недаром в советское время появилось выражение «одеваться по фирме». Это означало, что человек покупает одежду не в обычном советском магазине – в нём действительно невозможно было купить джинсы, кроссовки или платье как у иностранной актрисы. Можно вспомнить, как в «Служебном романе» директор Калугина жаловалась своему заму Самохвалову на то, что в женском туалете вывесили объявление «Продаю женские колготки». Кстати, последние вполне могли сойти и за подарок на день рождения, или нужному человеку.
Ещё одной приметой зажиточности считались квартиры и дачи. Никто не спорит, что государство тогда давало жильё бесплатно, но важно – кому и какое. Партийные работники и госчиновники получали квартиры в так называемых «сталинках», с улучшенной планировкой, большими, просторными холлами, а рабочий класс довольствовался типовыми застройками.
Дачи тоже разительно отличались. Если трудящиеся строили свои домики на шести сотках, то те же партработники и прочие ответственные товарищи получали в пользование государственные дачи, разумеется, опять-таки с большей площадью и улучшенной планировкой.
Не меньше о благополучии говорила и мебель. Рядовой гражданин покупал шкафы, диваны, прихожие советского производства, а вот импортная мебель – румынская или гэдээровская – была ему не по карману. К обеспеченным относили, как не смешно сегодня вспоминать, даже тех, у кого были ковры, цветные телевизоры и «стенки».
А как завидовали тем, у кого дома был свой телефон! Очередь на его установку была расписана на несколько лет.
Но самой вершиной зажиточности и благополучия в СССР была машина «Волга». Квартиру можно было ещё получить, колбасу достать, а вот на такую машину нужно было копить несколько лет. Но даже это не давало возможности купить её – на покупку автомобилей были очереди, расписанные на года. Поэтому владельцы «Волг» считались не только богатыми, но и успешными, ведь её хозяин показывал свои возможности и связи.