//Как жаль, что тем, чем стало для меня твоё существование, не стало моё существованье для тебя (ИБ)//
Вся поэзия Бродского, вся его жизнь были осенены этой необыкновенной, загадочной красавицей. Она была его возлюбленная, его любовь, его муза. «Я был только тем, чего ты касалась ладонью, над чем в глухую, воронью ночь склоняла чело». ИБ был живой во всех человеческих проявлениях. Он влюблялся, любил, и все его женщины были красивые, интересные и замечательные. Когда читаю их воспоминания, каждый раз восхищаюсь, что каждая его возлюбленная писала о своей исключительной роли в жизни поэта. И это совсем не потому, что они приукрашивали детали прошлого. Даже если и так. Нет, просто чувствуется, что он относился к женщине так, как мечтает каждая. С ним женщина чувствовала, что она его королева. Он умел это, как настоящий мужчина.
Но продолжу о Марине. Всё-таки она была единственная. Странная, молчаливая, не похожая на других. Она относится к тому типу женщин, которые раскрываются только самому близкому. Да, есть такие женщины, как закрытые ларцы. Грустно, когда так и не находится волшебный ключик, чтобы отпереть драгоценный ларец. По разным воспоминаниям, хороша Марина была необыкновенно. Фотографий её почти нет. Известен один любительский снимок, где она в шапке-шлеме - модные были тогда. Но красавицу там можно разглядеть. И сейчас вдруг появился ещё один снимок. Тут уже видно, что она действительно чудо. И красота её несовременная. Она даже похожа на Н. Гончарову. У обеих маленькие рты. В этой странной красавице было много удивительного. Она родила сына от ИБ, но дала ему свою фамилию, с ИБ не уехала, замуж не вышла, жила замкнуто, интервью не давала, воспоминаний не писала. Это на фоне множества рассказов «Я и Бродский» уже говорит о многом.
Она была художница, и сын их художник. У художников и поэтов особое восприятие мира. Краски, слова, образы – это их язык. Тайна была в Марине. Может, один Бродский её и разгадал. Она была на год или два старше ИБ. Но для него и для нас она осталась вечно молодой.
«Не говори с тоской: их нет, но с благодарностию: были» (В. Жуковский)