Продолжаю тему криминальных историй прошлого Псковской губернии и в этот раз нас ждёт знакомство с нашумевшим по всей Российской Империи делом, которое произошло в августе 1913 года в Свято-Успенском Псково-Печерском монастыре.
Одно из самых тяжелых преступлений – святотатство привлекло внимание столичной прессы. Заметки о бессмысленной и дерзкой краже опубликовали «Новое время», «Биржевые», «Русские» и «Санкт-Петербургские» ведомости и многие другие, в том числе псковские газеты. Заметку: «О похищении напрестольного креста из Псково-Печерского монастыря» опубликовали даже «Известия Императорской археологической комиссии», хотя обычно это издание освещало совсем другие вопросы.
Итак, «прославленный и стариннейший», находящийся в «живописной местности» Псково-Печерский монастырь был обокраден.
Одна из важнейших святынь обители, хранящийся в «еще с до-никоновских времен», то есть с XVI века, напрестольный крест, почитавшийся чудотворным, был похищен.
Братия монастыря обнаружила кражу утром 15 августа и тут же известила власти. На помощь местному полицмейстеру из Пскова прибыли представители Псковского сыскного отделения, во главе с начальником Иваном Янчевским.
Ценность креста духовная, художественная и историческая не подлежала исчислению, но полиция выяснила, что крест-мощевик был из серебра, вызолоченный, украшен чеканкой с надписями и 34 жемчужинами. Такое же его описание содержалось в Переписной книге монастыря за 1652 год.
Особенностью приемов Янчевского в сыскных мероприятиях было выстраивание агентурной сети. Он быстро получил «доверительные сведения», что недавно в Печорах побывал известный псковский вор и хулиган Илья Воробьев.
Местная полиция выяснила, что его видели на железнодорожной станции возле поезда на Санкт-Петербург. Правоохранители действовали быстро. Воробьева задержали, допросили. Как писали газеты «после некоторого запирательства» он сознался в преступлении.
В Петербург злоумышленник отправился, чтобы продать крест, но именно потому, что святыня была бесценной и очень заметной, покупателей не нашлось. С досады он разломил его на две части и выбросил каждую во дворах домов Вознесенского проспекта столицы.
24 августа полиция, используя указания преступника обыскала дворы и, что совершенно удивительно, обнаружила обе половины креста, причем почти не поврежденные. Даже все жемчужины сохранились!
25 августа об успешном завершении удачного расследования этого «возмутительного и удивительного дела» писала пресса. Святыня была возвращена в монастырь. Начальник псковского сыскного отделения Иван Янчевский получил денежную премию и благодарность министра внутренних дел Александра Макарова.
Затем состоялся суд, так же привлекший внимание общественности и прессы. Преступление Ильи Воробьева было квалифицировано как святотатство. Суд, в соответствии с 242 статьей «Уложения о наказаниях уголовных и исправительных», приговорил его к ссылке в каторжные работы на 10 лет. Но уже после вынесения приговора коллегия смягчила приговор.
Причинами стали активное раскаяние преступника и его возраст.
Святотатцу исполнилось всего лишь 16 лет и каторга для него стала бы очень суровым испытанием. Поэтому юного балбеса отправили отбывать срок в Петербургское исправительное учреждение, а именно в Литовский замок, где условия содержания давали шанс на выживание.
Губернский секретарь и начальник сыскного отделения Иван Ромуальдович Янчевский вернулся в Псков, где служебное помещение сыщиков располагалось в доме военного врача Исполатова на Георгиевском спуске напротив церкви Успения Богородицы с Полонища (Современный перекресток улиц Георгиевской и Калинина). Способности и ум Янчевского оценили и позднее несколько раз вызывали в столицу для консультаций в щекотливых или трудных случаях.
Дальнейшая судьба вора и святотатца неизвестна.