Когда Тимофею было около двух месяцев, мы проходили волшебный период становления кишечника, который в народе называют коликами, я поняла, что так дальше продолжаться не может.
Помню, как не спала дольше двух часов подряд уже пару недель. Помню, как страшно и больно было, если он плакал, а я ничем не могла помочь. Но больше всего запомнился один случай:
Я сижу на кухне и прижимаю к груди только уснувшего ребенка. Нет груди — нет сна и покоя. На часах около четырех утра.
Следующее, что помню, как открываю глаза и понимаю, что лежу в кровати, Тим рядом, муж на работе. На часах восемь с копейками.
Как очутилась в кровати, почему ребенок лежит со мной, ведь я страшно боюсь его придавить и всегда укладываю только в детскую кроватку?
Не помню!
Звоню мужу и пытаюсь выяснить, что он увидел, когда проснулся и что вообще помнит из этой ночи. Ответ однозначный:
«Ничего не помню, проснулся, — вы в кровати».
Все, что мне удалось вспомнить тогда:
Я проснулась сидя на стуле около пяти утра. Ребенок спал на коленях, чудом не упал. До сих пор в дрожь бросает от мысли, а что если бы…
Больше не вспомнила ничего. Как будто воспоминания стерли.
Именно в то утро я приняла решение спать с сыном в одной кровати, хотя врачи и не рекомендуют, даже бумажку заставили подписать, что ребенок будет спать отдельно.
Папу, несмотря на протесты, выселили на диван, — так безопаснее и меньше шансов придавить малыша.
Стало плевать на мнение врачей и усредненные нормы безопасности. Небезопасно просыпаться сидящей на стуле с младенцем на коленях. И память терять небезопасно. У совместного сна куда меньше рисков.
Сложное решение
Вчера мы просидели целый день без воды. И не потому что город отключал. Хотя и отключал, но не на долго.
У меня снова бессонные ночи с контролем температуры и хроническое недосыпание более двух лет. В целом я привыкла. Даже думала, что справляюсь.
Но когда муж в девять вечера решил проверить, а не перекрыта ли вода в квартире, я поняла, что провалы в памяти вернулись.
Вода была перекрыта
Это однозначно сделала я. Скорее всего, когда собирала документы для больницы, а Тимофей баловался с краном.
Но я этого не помню!
Эта ситуация из разряда «жареный петух клюнул», — момент, когда понимаешь, необходимо что-то менять. Сразу исчезают сомнения и забота о совершенно неважных вещах.
На выходных мы возвращаемся в Ростов. Я однозначно не вывожу жизнь в Новороссийске без дополнительной помощи. 1,5 взрослых на одного Тимофея это слишком мало. Особенно, когда быт не отлажен как часы.
Правильно заметили в комментариях предыдущей статьи — стимулов к развитию будет еще много, но все они бесполезны, когда у мамы кукуха съехала.
Меня еще терзает мысль, что ребенок опять месяцами не будет видеть папу... Но у папы такая работа, что командировка может случится в любой момент. Да и выбор между вечерним папой и адекватной мамой очевиден.
Бережем маму и везем ее в комфортные условия
Если честно, даже немного грустно понимать, что жизнь у моря не для всех. Ведь я представляла себе красивые картинки прогулок по набережной, катания на катере по волнам, утренние пробежки, детский сад с двух лет и счастливый быт, как в лучших фильмах. Реальность оказалась иной.
Что ж, бывает. Буду считать, что это не позорное возвращение с разбитыми мечтами, а гамбит ради лучшего будущего. В конце концов, не привыкать — мы часто меняем города. Посмотрим, какой следующий.