Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Mир с торца. AD

Новопровинциал маленькая комнатка

Недавно я был в РГО, какие-то турникеты, охранные системы, незаметные и, оттого, такие грозные. Охранники; Двери, как в государственном банке. РГО стало, вдруг, исключительно популярно. Его Президент - Сергей Шойгу, Владимир Путин, член попечительского совета. Основная штаб-квартира, конечно же уже в Москве, ну, я не знаю точно, может, формально петербургский дом на Гривцова, 9 – остался главным зданием Русского Географического общества. Но, конечно же, все главные персонажи этой организации, теперь в Москве. Вряд ли у них есть время, для того чтобы ездить в Питер и заниматься делами РГО в историческом здании, в самом центре Петербурга. Ну, да и пусть будет так, лишь бы смысл Русского Географического общества продолжал служить стране. Ярко и незаметно, рутинно и блестяще. Не будем забывать, что после своего создания в 1848 году, эта не самая известная в стране организации, «прирастила» России – больше земель и славы, нежели, огромные армии и флот. Так что теперь, Географическое общес

Недавно я был в РГО, какие-то турникеты, охранные системы, незаметные и, оттого, такие грозные. Охранники; Двери, как в государственном банке. РГО стало, вдруг, исключительно популярно. Его Президент - Сергей Шойгу,

Владимир Путин, член попечительского совета. Основная штаб-квартира, конечно же уже в Москве, ну, я не знаю точно, может, формально петербургский дом на Гривцова, 9 – остался главным зданием Русского Географического общества. Но, конечно же, все главные персонажи этой организации, теперь в Москве. Вряд ли у них есть время, для того чтобы ездить в Питер и заниматься делами РГО в историческом здании, в самом центре Петербурга. Ну, да и пусть будет так, лишь бы смысл Русского Географического общества продолжал служить стране. Ярко и незаметно, рутинно и блестяще.

Не будем забывать, что после своего создания в 1848 году, эта не самая известная в стране организации, «прирастила» России – больше земель и славы, нежели, огромные армии и флот. Так что теперь, Географическое общество, должно продолжать «приращать» территорию Великой России. 

Хотя приращение — это теперь – геополитическое, не такое, как было когда-то, но, требующее не меньших сил, высокого интеллекта, реального мужества.

Ну – ладно, пришел я недавно в РГО заплатить членские взносы и…

Был остановлен около самого входа и препровожден в большую комнату – зал, в которой сидели множество молодых людей и девушек, уткнувшихся в компьютеры. Одна из этих «планктонных» девиц, оторвалась от своей «работы» и выслушав мое пожелание:

- Я взносы вот, заплатить пришел, за год. Немного излишне флегматичная девица, выслушав, мой короткий, сбивчивый рассказ. Ведь я совершенно не привык к такому вот Географическому обществу, будь оно даже Российским, а не Русским. Раньше я привык общаться там с немолодыми женщинами, которые тянули потихоньку не очень тяжелую лямку РГО, а тут, какая-то молоденькая флегма стала мне разъяснять, что новое Правления общества, сейчас снова перетряхнулось и теперь, никто не знает, какие тут будут взносы, какими будут, новые удостоверения Действительных членов, какими будут.

- Ну, в общем, я понял – мой взносы вам не нужны, - закончил я «дежурную филиппику».

Девица, сделала вид, что она несказанно растерялась и даже замялась в своей торжественной речи:

- Да, - она попыталась «собраться» и добавила умиротворительно.

- Вы старый член, - так и сказала – «старый член».

- Так что – будьте покойны, Вас обязательно проинформируют обо всех новых нюансах.

И я, как «старый член», вынужден был «остаться покойным» и расслабиться. Вышел из дверей старого, доброго РГО и с горя, пошел на близлежащую Сенную площадь. Я решил пропить все подготовленную для выплаты членского взноса сумму, в каком-то из множества стеклянных павильончиков, которые заполонили постперестроечную Сенную.

Тогда, именно, тогда я понял, что Русское Географическое общество совершенно неожиданно стало другим. 

В его обширном круглом павильоне – входе, когда-то к стеночке жался старенький гардероб с пожилой приёмщицей,

обслуживающих нехитрые одежды местных «географов».

Перед входом на лестницу, построенную в шикарном стиле, каким-то Имперском смысле и, обшарпанную во времена советско-перестроечного безвременья, стоял затрапезный стол, за которым сидела не менее пожилая, чем гардеробщица - пожилая вахтерша.

Обращаясь к входящим в здание РГО она, спрашивала, обычно:

- Вам – куда?

Кто-то, вошедший – отвечал ей:

- В библиотеку или в лекторий и спокойно шел дальше.

Ну, если была зима или осень, то – вахтерша строго следила за тем, чтобы вы оставили верхнюю одежду в гардеробе.

На этот раз – было лето и мне надо было – не в библиотеку и…

не в лекторий.

- Мне – к Голубеву, - сказал я нарочито деловито и даже напутственно добавил:

- К Сергею.

Вахтерша – откликнулась достаточно живо:

- Да-да, Серёжа… Он – в сундуке.

Я был несколько обескуражен:

- Где-где?

Вахтерша уже поняла, что я в неполной степени знаком со «сленгом» Географического общества и уточнила:

- Вот там, под лестницей, одновременно, указывая рукой, направление для моего движения. Я – несмело двинулся в указанном направлении, прошел несколько метров, повернул «налево», толкнул дверь.

Дальше – был еще один коридорчик и, лестница вниз. Вахтерша, уверенно махала мне рукой, как бы говоря:

- Туда, туда…

Я – пошел дальше и толкнул уже следующую дверь.

Комната, представшая моим глазам – была настоящим сундучком: маленькая, низкая. перегороженная по середине толи низким шкафом, толи – высоким комодом.

Однако. В отличии т сундучка настоящего, комнатка была очень светлая. Низкий потолок, в который почти что упиралась моя голова и – три широченных окна, они как-то не вязались между собой и все же. Я не стал размышлять об этом. Ведь в комнатке, как будто бы никого не было. Хотя, того, был ли кто-нибудь за шкафом-комодом я просто не видел. Но ведь Вахтерша же говорила очень уверенно, поэтому, я просто спросил в пустоту:

- Доброе Время, Сергей…!!!, - сказал я, пожалев, что не спросил ни у кого из собеседников отчества Сергея. Хотя, сожалеть долго – мне не удалось…

Из за шкафа – комода, вышел чуть сутулясь, мужчина неопределенного возраста. Кто-то сказал бы о нём:

- Истинный ариец!

И я, наверное, присоединился бы к «кому-то тому». Первое, что бросалось в глаза при взгляде на Сергея были светящиеся голубые глаза и мягко-русые, очень светлые волосы.

- Честь имею, уважаемый сэр!

- Сергей? – ответил я вопросом-утверждением и представился сам.

- Я – Данила! От… Али… Алевтины…, я заговорил как-то сумбурно, как будто бы пытался вложить в короткую реплику очень большую информацию и всё никак не мог закончить начатое.

 - Али, из «Нового Петербурга» - всё ещё мямлил я.

В общем, очевидно, Сергей меня ждал и не затрудняясь излишними словами, пригласил меня в свой закуток – зашкафье.

- Заходи, - просто сказал он, гостеприимно отступив и, жестом указывая дорогу «за шкаф». Я, немного смущаясь, прошел туда. Даже присел в какое-то «раритетное» кресло. Неудобное, не мягкое… слишком глубокое. Ну, кто только придумывал такие в Советском Союзе. Впрочем, сам Сергей, сидел за столом на «устройстве», на вид ещё мене удобного, шедевра мебельного искусства и говорил в ответ мне;

- Аля звонила с утра…, - сказал Сергей, рассказала коротко.

Я – внимательно слушал, стараясь уловить в разговоре Сергея, его отношение к Але. - Значит… решил найти Гиперборею, - чувствовалось, что Сергей не привык к длинным монологам и мое молчание «в ответ» уже начало угнетать его, хотя оно и длилось меньше минуты…