Три года думать, подбираться с разных сторон и три дня писать. Вся оставшаяся жизнь, чтобы не исполнить мечту - не увидеть его воочию.
В моей пасти три горсти пепла,
Запах гари изводит ноздри.
Возжелала я в миг ослепнуть,
Или камнем да рухнуть оземь,
Но сижу все на прежнем месте
И взираю на толпы снизу,
Как зеваки собор мой крестят,
Будто это спасет карнизы
От огня, чье безумство рядом
Не стояло с той преисподней,
Тем в сравненьи холодным адом,
Что стращает рабов Господних:
Их пугают котлы и черти,
Всякий грех там находит угол...
Балки пламенем в небе чертят.
Сколь еще наблюдать я буду?
Мне бы крыльев сломить оковы,
Хоть бы треснул злосчастный камень!
Что же мне сотворить такого,
Чтобы услышан был общий амен?!
Мы едины - с полсотни статуй,
Водруженных наверх в насмешку,
Чтоб народ, позабывший патер,
Видел морды созданий грешных.
Но в душе самой черной твари
Сохранились крупицы света,
Но котел наш уже заварен,
И поленья трещат от ветра.
Этот отблеск затмили искры,
И поныне он залит кровью.
Раны стянут лесами быстро,
Занавесят уголья кровли,
И со спин наших счистят копоть.
Мы - химеры, такая участь:
Мы глядим, онемевши, в пропасть.
Кто еще и кого здесь мучит?..
