Лене было двадцать лет, когда ее позвали на семейный совет с тревожной темой.
Бабушка Лены, восьмидесятилетняя Надежда Петровна, перенесла тяжелый инсульт.
Больше мама по телефону дочке ничего не сказала,
попросила постараться приехать как можно быстрее.
Лена тут же ответила, что сможет подъехать к родителям
через полтора часа, примерно тогда же обещал быть и брат
Лены, так что семейный совет состоялся быстро.
Когда девушка приехала, Максим уже был на месте,
а мама Лены, Светлана Андреевна, сидела возле телефона,
ожидая звонка из больницы, куда увезли Надежду Петровну.
- Как там бабушка – с порога спросила Лена.
- Пока из больницы еще не звонили, - со вздохом ответила Светлана.
– Сижу вот, жду… - И что же мы будем делать – растерянно спросила девушка.
Когда она ехала, то думала, что нужно либо найти хорошего
врача или больницу, либо искать какие-то документы или хотя бы привезти вещи бабушке.
Оказывается, ничего этого не надо
Зачем же тогда весь этот срочный совет
- Лен, тут такое дело, - начал объяснять Роман, отец семьи.
– Нам врачи со «скорой» сказали, что Надежда Петровна может и не пережить этого.
Так что нужно просто быть готовыми.
- Господи, папа!
Не говори так!
– воскликнула Лена.
- Бабушке уже 80… - задумчиво протянул Максим.
Лена в шоке уставилась на своего брата.
При словах Романа только Светлана всхлипнула.
Она тоже понимала это, но пыталась не думать о плохом.
- Да в вас обоих есть хоть капля сожаления
Хотя бы на двоих – возмутилась Лена.
Максим уже хотел что-то ответить сестре, но тут зазвонил телефон.
От первого звонка Светлана вздрогнула, а потом схватила трубку.
- Алло
Да, все верно, да… О Боже… - женщина вздохнула с облегчением, а на губах появилась улыбка.
«Бабушка справилась», - поняла Лена.
Но Светлана вдруг насторожилась и резко выпрямилась.
– Подождите, не понимаю.
А когда станет ясно наверняка
Ага, ясно.
Спасибо за информацию, до свидания.
- Ну что – затаив дыхание спросила Лена.
- Ну, две новости есть.
Первая – кризис у бабушки миновал, она пока в интенсивной
терапии, но все шансы на то, что все кончилось.
Это хорошая новость, - Светлана замялась и прикусила губу.
- Но есть еще и плохая – предположила ее дочь.
- Да.
У бабушки пока полностью парализована левая рука и нога.
И врачи не знают, поможет ли реабилитация.
Ясно это станет где-то через месяц.
- О Боже, - Лена прижала ладони к губам.
Было ужасно жаль бабушку, если она не сможет ходить,
то не переживет этого, не сможет терпеть постоянных сиделок у себя дома.
Не такой она человек, чтобы позволять себе ходить в подгузники.
- Еще не все, - мрачно сказала Светлана.
– Поражение мозга было большим, невролог собирается
ставить энцефалопатию, мне сказали, что из-за этого
может сильно измениться поведение бабушки.
- То есть
– спросил Максим, но Лена прекрасно понимала, что это значит.
Девушка училась на медсестру и понятием энцефалопатии была знакома.
- Она может капризничать, ругаться, - неопределенно пожала плечами Светлана.
– И этот диагноз, я так поняла, менять не собираются.
Если с параличом пока еще не ясно, то с этим все определено.
Вся семья повесила головы.
Лена не хотела верить в то, что такой кошмар мог произойти с ее бабушкой.
Роман пытался придумать выход из такого сложного
положения, а тщедушный Максим решал, как бы откреститься от ухода за бабушкой.
Максиму было уже 32 года, он женился и успел обзавестись ребенком.
Ему вовсе не хотелось брать на свои плечи заботы о парализованной
бабушке, хотя жил он ближе всех к ней.
- Может, нам нужно найти хороших платных реабилитологов?.. – неуверенно спросила Лена.
- Может, но этим надо заняться чуть позже.
Хотя бы когда Надежду Петровну переведут из интенсивной терапии, - ответил Роман.
– Но все равно придется кому-то за ней приглядывать.
Даже если все закончится хорошо, без паралича, то необходимо чаще ее навещать.
А то мало ли… - О Господи, - Светлана закрыла руками лицо.
– Какой кошмар.
Я просто не могу это принять.
- Подожди ты так убиваться, мам, - Лена обняла мать за плечи.
– Может, все еще будет хорошо.
- Да, ты права, - вздохнула мать.
– Что ж, пока нам нужно подождать.
Надежду Петровну перевели из палаты интенсивной терапии
через две недели после инсульта.
Конечно, тут же вся семья собралась навестить ее,
кроме Максима, которого не отпустили с работы.
Ну, или он так сказал.
Лена недолюбливала своего брата, ей казалось, что
человек он корыстный, малодушный, а в случае чего на него и положиться будет нельзя.
Поэтому девушка не особо расстроилась, когда он
отписался, что не сможет приехать, но обязательно заглянет позже.
Светлана, Роман и Лена собрались у поста медсестры и выяснили,
в какой палате лежит Надежда Петровна.
Лена не смогла сдержать слез, когда зашла к бабушке.
Настолько эмоционально погашенной она никогда
не видела свою жизнерадостную бабулю.
Надежда Петровна лежала на кровати и безразлично
смотрела в потолок, даже не сразу среагировала на вошедших.
Светлана была в ужасе, она тоже не привыкла видеть
в таком состоянии свою маму.
Лишь Роман постарался сделать вид, что все нормально,
чтобы еще сильнее не расстраивать Надежду Петровну, громко
поздоровался, улыбнулся и прошел к кушетке.
Света и Лена опомнились и тоже подошли к бабушке.
- Мам, привет, - Светлана попыталась улыбнуться, а Лена откровенно всхлипнула.
Казалось бы, месяц назад они вместе с бабушкой жарили
блинчики и пекли пирожки, а теперь она неподвижно лежит в постели.
– Как ты себя чувствуешь
- Ну, как… Ужасно, жутко, безнадежно… - спокойно ответила Надежда Петровна.
- Бабушка, ну что ты… Неужели тут все так плохо
– спросила Лена, хотя и сама прекрасно понимала, что хуже не придумаешь.
- Ох, Леночка, - вздохнула Надежда Петровна и не захотела
продолжать свою фразу.
- А мы Вам вот тут витаминов купили, - кашлянул Роман.
– Чтобы Вы с нами наперегонки потом бегали.
- Боюсь, в моем состоянии это уже....