Московские митинги и бои 1917 года. Часть 2

Епископ Нестор Камчатский вспоминал: «Со стороны Красной площади и Замоскворечья внешний облик Кремля резко изменился. Верх угловой Беклемишевской башни — одной из красивейших — снесен до второго пролета. На Спасской башне ударом снаряда разбиты часы. Сама башня пробита в двух местах. Снаряд попал и в икону Св. Николая. Она разбита и снесена. Серьезные повреждения имеют Троицкие ворота. Еще сильнее повреждения в самом Кремле. Разбита средняя глава Успенского собора. Разрушен Чудов монастырь, верхний угол Благовещенского собора сорван. Женский монастырь поврежден в нескольких местах. Разрушена колокольня Ивана Великого…»

Максим Горький писал:
«Бухают пушки, это стреляют по Кремлю откуда-то с Воробьевых гор. Человек, похожий на переодетого военного, пренебрежительно говорит:

— Шрапнелью стреляют, идиоты! Это — к счастью, а то бы они раскатали весь Кремль.
Он долго рассказывает внимательным слушателям о том, в каких случаях необходимо уничтожать людей шрапнелью, и когда следует «действовать бризантными».
— А они, болваны, катают шрапнелью на высокий разрыв! Это бесцельно и глупо…
Кто-то неуверенно справляется:
— Может быть — они нарочно так стреляют, чтобы напугать, но не убивать?
— Это зачем же?
— Из гуманности?
-Ну, какая же у нас гуманность,— спокойно возражает знаток техники убийства.

Отвратительно кричат галки, летая над мокрыми крышами, трещат пулеметы, где-то близко едет и стреляет броневик, непрерывно хлопают ружья, револьверы. Впечатление такое, как будто люди избивают друг друга, собравшись огромной кучей, идет свалка врукопашную грудь с грудью. Но вот мчится грузовой автомобиль, тесно набитый вооруженными людьми, и видишь, что они стреляют в воздух,— должно быть для того, чтобы «поднять свой революционный дух», чтобы не думать о том, что они делают»

Гаубица революционных сил у Крымского моста, на нынешней набережной парка Горького. Обстрел велся оттуда, с Воробьевых гор, со Швивой горки (сейчас это двор высотки на Котельнической набережной)

Стояли орудия и на Пушкинской площади. Огонь велся по Никитским воротам, где окопались юнкера. В результате артобстрела был уничтожен целый квартал, находившийся на месте нынешнего здания ТАСС.

Этот дом с балконными решетками в виде орлов до сих пор стоит на Тверском бульваре

Ещё этот же дом

Дом на площади Никитских ворот

Столб, пробитый снарядом на Страстной (ныне Пушкинской) площади

Баррикада на Остоженке

Баррикада в Милютинском переулке. Революционные отряды штурмом брали здание телефонной станции (и поныне в этом здании располагается МГТС)

Баррикада на Арбатской площади

Еще раз Арбатская площадь и баррикада юнкеров. Штабом юнкеров было нынешнее здание Генерального штаба на Знаменке, а тогда Александровское военное училище

Окно Московского университета на Моховой

Потери для обеих сторон были плачевными:

Похороны революционных бойцов у Кремлевской стены. Из 240 человек, захороненных в братских могилах, точно были установлены имена только 57.

Юнкеров же хоронили на Братском кладбище в районе села Всехсвятского (ныне м. "Сокол"). На этом кладбище хоронили павших в Первой Мировой войне.

Тогда кладбище выглядело так:

А теперь так:

фото: Андрей Себрант

Это обыкновенный городской парк неподалеку от м.Сокол с кинотеатром и детскими площадками, аллеями и лавочками. В 1930-х кладбище было ликвидировано, надгробия снесены, перезахоронений не производилось. Теперь на месте воинского кладбища гуляют люди и стоят дома

Только несколько современных мемориалов непрямо напоминают о том, по какой земле ходим.

Спасибо, что дочитали. Не пытаясь написать большое исследование, мы хотели скорее показать фотографии Москвы этого переломного периода.