Начало здесь.
Предыдущая глава.
Лиса рыдала всю ночь в захламленной Манюшкиной комнатке. Никто ее так ещё не унижал. Да и одежда была испорчена: не подлежал восстановлению модный плащ, заляпана кровью и порвана белая блузка. Разбита губа, расцарапано всё лицо, синяк на щеке.
Утром к Манюшке пришел Генка- тюфяк, он же рогоносец. Муж Зиночки. Он уже привык, что его жёнушка в силу "служебной" необходимости вынуждена допоздна работать. Привыкли и дети, что мама работает по напряженному графику.
Увидев раскрашенную рукой обиженной Вальки физиономию жены, Генка потерял дар речи. Но находчивая Манюшка привела его в чувство. Да так, что сам Генка почувствовал себя виноватым в случившемся. Манюшка, гладя по спине рыдающую Зинку, с укором сказала законному супругу пострадавшей:
- Жену- то надо встречать с работы, если допоздна рук не покладая трудится!
- Да я Кольку не мог уложить, зубы у него. Если б.... Кто на тебя напал, Зинуш?
Она не ответила, только продолжила лить слезы.
-Валька-Пупырышек пьяная напала, говорит, что не так рассчитала ей зарплату, бюллетень неправильно учла. Слово за слово и набросилась на нее.
Генка-Тюфяк с жалостью посмотрел на жену и ещё больше почувствовал себя виноватым.
- И что теперь делать будем?- с надеждой спросил Генка у находчивой Манюшки.
- Ясно одно- надо Пупырышка осадить. Сейчас идите домой, пока никого нет, пусть пару дней Зина подлечиться, в себя придет. Я предупрежу в бухгалтерии. А как выйдешь,- обратилась Маня к подруге,- созовем Цехком.
***
На заседание Цехкома не пришёл только ленивый. На повестке дня были кое-какие производственные вопросы, хотя центральным вопросом было хулиганское поведение Вальки-Пупырышка, нанесение ею побоев бухгалтеру Комаровой.
На общественный суд были вызваны, кроме Вальки, члены ее бригады и мастер. Когда Пупырышка предупредили о заседании, она долго думала, как себя повести. Сначала хотела было рассказать всю правду перед Цехкомом, пристыдить разлучницу. Но, придя на работу, была успокоена дядей Борей и другими ткачихами, которые были наслышаны об этой истории и поддерживали несчастную Валентину. Были обсуждены детали выступления Вальки на заседании.
***
В душном зале собралось немало народа. Слово взяла Манюшка как представитель товарищеского суда:
-Товарищи! В нашем ткацком цеху произошло вопиющее событие. 15.04.60 г. Синицына напала на Комарову. Нанесла ей тяжёлые увечья, повредила личные вещи и оскорбила Комарову. Цехком будет ходатайствовать о материальном взыскании с Синицыной и публичном извинении.
Далее выступала потерпевшая, которая рассказала, что Пупырышек набросилась на нее по непонятным причинам. В зале много шумели, возмущались. И вот наконец-то слово дали Вальке:
- Я не понимаю, в чем меня обвиняют!- с чувством неподдельного возмущения ответил Пупырышек. -15 апреля я заступила в ночную смену и была на рабочем месте до 6 утра следующего дня.
Не ожидавшая такого хода Манюшка не знала, что и сказать. Но по правилам спросила:
- Кто-то сможет подтвердить?
В зале поднялась с места Вера Цепкова:
- Я могу подтвердить. Мы с Валькой рядом работаем. В тот день, у меня часто обрывалась нитка, и Синицына помогала мне всю смену.
- Я тоже могу подтвердить,- поднял руку дядя Боря.- Валька пришла ко мне 15.04., поздно вечером, чтобы списать брак. Так что вы что-то путаете.
Манюшка и Зинка недоумевающе посмотрели друг на друга. Члены Цехкома просили их объяснить, в чем дело и зачем этот цирк. Пригрозили им выговором и вскоре замяли это дело.
***
Леня-Короткий, главный виновник баталии, после этой истории с жалостью стал смотреть на свою несчастную жену. Скандал он ей все же устроил, но все закончилось мирно. Уже вечером, лёжа на диване в комнате и попивая их алюминиевой кружки барду, рассуждал:
- Ну, и заварила ты, Пупырышек, кашу! На пустом месте ведь проблему создала. Глупая ты баба! Я ж для тебе старался, здоровье твое берёг после операции. Ты ж мне сама заказала дорогу к супружеской койке. Что мне оставалось?- рассуждал Леня.- Глупая баба! Глупая! Своего счастья не понимает!