«После битвы к нему пришло множество луканов и самнитов, и хотя Пирр упрекнул их за промедление, было ясно, что он радуется и гордится, одержав победу над огромными силами римлян только со своими воинами и с тарентинцами».
Плутарх, «Жизнеописание Пирра»
«О, славный отец Олимпа! Тех мужей некогда не мог одолеть
никто. Я победил их в сражении, но и сам был побежден ими».
Пирр, царь Эпира, стихи на римском щите, посвященном храму Зевса
Битва при Гераклее стала первым сражением не только Пирровой войны, но и первым столкновением римской военной машины с балканской школой воинского искусства. Именно поэтому она вызывает такой интерес у военных специалистов. В тоже время, ни одно из сражений античного мира не обросло столь противоречивыми по смыслу аналитическими оценками и пассажами как это.
Гераклея, без всякого сомнения, великолепная шахматная партия военной истории, разыгранная не только лучшим полководцем античного мира и его воинами, но и противоположной стороной. Казалось бы, эта битва досконально изучена военными специалистами и разложена по полочкам. Но если мы более внимательно вникнем в суть событий, то заметим очень серьезные пробелы в изучении самого события, которые никто из историков за прошедшие 2 300 лет так и не закрыл.
Летом 280 года до н.э. у греческой колонии Гераклея на юге Апеннинского полуострова встретились противники, которые ранее ничего друг о друге не знали, использовали различные принципы военной организации, вооружение и тактику боя.
Кратко обобщу основное из того, что написано по этому поводу:
Победу грекам принесли слоны;
Зная, что противостоять римлянам в чистом поле он не может, Пирр основную надежду возложил на слонов;
Неся тяжелые потери, воины Пирра всё-таки переломили ход сражения;
Слоны вытаптывали целые римские манипулы и повергли римлян в ужас;
Противники поочередно семь раз отбрасывали друг друга, то обращаясь в бегство, то разворачиваясь и снова наступая;
Невозможно, чтобы легионы смогли семь раз отбросить назад целую фалангу как невозможно и то, чтобы целая фаланга могла в свою очередь семь раз отбросить назад легионы;
Пирр слишком опытный полководец, чтобы держать слонов до последнего в резерве и тем самым обрекать своих воинов на тяжелые потери. Таким образом, битва шла по классической схеме с конницей и слонами на флангах;
Это столкновение между наемной армией и гражданским ополчением. Видимо, в то время римская милиция, состоявшая из свободных граждан, квиритов, не могла полноценно противостоять в поле профессиональной наемной армии;
Судьба сражения решалась, всё-таки, в столкновении тяжелой пехоты;
По всей видимости, можно говорить о том, что имело место всё-таки столкновение классических фаланг с обеих сторон.
Как видите, основные пассажи, относящиеся к самому событию, довольно противоречивы.
Начну я с того, а насколько справедливо считать римское войско, с которым столкнулся Пирр у Гераклеи, собственно милицией или гражданским ополчением?
«Итак, основным принципом римской военной организации, как она сложилась еще при царях и удержалась при республике, мы должны признать всеобщую воинскую повинность в самой суровой и напряженной форме. В Риме военизация проникла в общество глубже, чем даже в Спарте».
Г. Дельбрюк
Каково? Идем дальше.
«Занять государственную должность никто не может прежде, чем совершит десять годичных походов».
Полибий
Добавлю к словам Полибия, что десять годичных походов в пехоте и двенадцать в кавалерии должен был совершить римлянин, чтобы претендовать на государственную должность. В рамках римского избирательного права голосовали центурии, самые маленькие воинские единицы римской армии. К моменту встречи с Пирром римляне шестьдесят лет сражались в манипулярном строю легиона и пятьдесят три года вели непрерывные войны, в которых одержали убедительные победы над своими противниками. Поэтому, никакой фаланги со стороны римлян быть не могло. Изложу также, что в подготовке римских легионеров были обязательны ежедневные шести километровые марш-броски в полном вооружении и легионер в рамках постоянного поддержания физической формы в военных походах нес на себе весь свой походный скарб. Совершенно особыми для тогдашней традиционной военной науки были римская пехотная тактика, способы ведения боя и вооружение римских тяжелых пехотинцев. Римляне были сильны не только числом и прекрасной подготовкой, но и страшны своей имперской идеологией. Солдаты Рейха шли только вперед и только к победе!
Вот с такими супер солдатами и с такой до мозга костей выстроенной военной организацией столкнулся у Гераклеи эпирский царь Пирр во главе профессионально обученной и прекрасно вооруженной армии. Не случайно, сражение у Гераклеи носило такой ожесточенный характер и длилось достаточно долго. А словосочетание Плутарха «громадные силы римлян» говорит о значительном численном преимуществе последних над войсками Пирра. И, тем не менее, Пирр и его воины справились и разгромили римлян наголову!
По мнению историков, высадившаяся в Италии армия Пирра по уровню слаженности, обученности, вооружению и профессионализму нисколько не уступала, а даже превосходила армию Александра Великого. И во главе этой армии стоял величайший полководец античного мира.
Выскажу мнение, что любой другой противник, попав в ситуацию при Гераклее, сражение римлянам проиграл. Но римляне, в свою очередь, встретились с лучшими бойцами Ойкумены и лучшему на тот момент римскому полководцу Публию Валерию Левину пришлось сесть за шахматную доску с самим Пирром…
У нас есть железобетонное свидетельство Гая Фабриция Лусцина, римского легата и дважды консула, символа римской доблести, чести и честности: «Не эпироты победили римлян, а Пирр Левина». Особую ценность этому пассажу придает тот момент, что Гай Фабриций не только лично дружил с Пирром, вел с ним переговоры, но сражался против эпирского царя при Аускуле, втором сражении Пирровой войны. Гай Фабриций в основу победы Пирра при Гераклее поставил его полководческий талант. Но.. Он покривил душой! Пирр - талант непревзойденный и Левина переиграл. Только солдаты эпирской армии, находясь против римлян в меньшинстве и намного уступая им в численности, железных супер бойцов одного из первых Рейхов в истории всё-таки опрокинули и заставили драпать, побросав щиты! А римлян было больше, по различным свидетельствам, на 10 - 20 тысяч человек! Поэтому, талант талантом, но солдатский фактор тоже сыграл свою роль! Поехали дальше.
Курьёз Гераклеи в том, что римляне пришли туда сражаться с греками, воинское искусство которых они знали достаточно хорошо и громили их ранее. Как били тех же самнитов, вооруженных по греческому образцу и использовавших греческую тактику. Как и этрусков. А Пирр, в свою очередь, пришел к Гераклее биться с варварами. Потому и не беспокоился первоначально по поводу численного преимущества врага. Организованная армия всегда одержит победу над толпами варваров. И вот тут начинается самое интересное! Эпирский полководец, выехав на рекогносцировку и увидев римский лагерь, сразу же насторожился и сделал определенные выводы. Т.е., ещё до начала сражения Пирр понял, что ему придется иметь дело не с варварами. Сработало то самое уникальное чутьё Пирра «от противника»… Эпирский царь осознал, что напротив него стоит такая же организованная и хорошо подготовленная армия. И Пирр вышел на ситуацию предельно осторожным и отмобилизованным. Более того, Пирр и в бой-то не спешил, что для него вообще нехарактерно. Находясь в меньшинстве, он решил не лезть в драку, а дождаться подхода союзников. Но это было еще не всё…
А что римляне? Публий Валерий Левин владел серьёзным численным преимуществом. Ранее римляне уже нанесли поражение ополчению Тарента и его союзникам. И поверьте, римский консул был очень опытным и грамотным полководцем. Публий Валерий не стал дожидаться, пока к Пирру подойдут подкрепления. Он первый сделал шаг пешками и легкими фигурами и переиграл самого Пирра на первом и втором этапе начавшегося противостояния. Шахматная партия началась с его инициатив и его успехов. Сначала он растянул конные дозоры Пирра вдоль реки, создал видимость их охвата с флангов и переправил свои конные отряды через реку Сирис сразу в нескольких местах, сбив конную стражу эпиротов и обеспечив тяжелой пехоте возможность спокойной переправы через брод. Первый этап Пирр проиграл. Теперь поговорим о втором этапе, который вообще напрочь вылетел из внимания всех без исключения военных специалистов. Пытаясь не допустить переправы римской пехоты через Сирис, Пирр бросает в бой эпирскую кавалерию с замыслом сбросить римскую конницу в реку прямо на переправляющуюся пехоту. И сам ведет своих конников в бой. И в этой фазе боя происходит немыслимая ситуация! Она настолько немыслимая, что все историки на автомате проехали мимо этого события! Римская конница не только остановила кавалерию Пирра, но и начала её теснить и отогнала от переправы. В чем суть момента? Да в том, что у римлян никогда не было хорошей кавалерии. Никогда! И чтобы понять, что на самом деле произошло в кавалерийской схватке, надо знать, чем командовал Пирр в первой атаке на римлян. А повел Пирр в бой фессалийскую конницу, лучшую тяжелую кавалерию античного мира. С Пирром шли младшие дети и внуки тех, кто снискал неувядаемую славу в походах Александра Великого! Но и это ещё не всё!!! С фессалийцами скакали молоссы, личная конная гвардия эпирского царя. Одни из лучших воинов Эпира, знать, военная элита, ближайшее окружение царя! И это всё римляне смогли остановить!!! Об ожесточенности схватки свидетельствует тот факт, что сам Пирр был сбит с лошади и едва не погиб. А чуть позже в бою пал Мегакл, самый близкий друг Пирра, командир молосской конницы. Именно в этой фазе столкновения Пирр окончательно понимает, что шуточки кончились. Именно с этого момента против римлян начинает работать предельно отмобилизованный и взвешивающий всё военачальник высочайшего уровня. Можно было бы сказать, что римская кавалерия превосходила эпирскую числом и этим объясняется её успех. Но мы точно знаем, что часть кавалерии опытный римский консул спрятал в засаде, а значит в этой фазе боя принимала участие не вся римская конница. Да и вообще, фессалийцы и молоссы не должны были даже считать римлян, а просто их смести и рассеять. Слишком разный был уровень подготовки конных контингентов. Но этого не случилось. В силу чего, мы не знаем! Думаю, всё-таки сыграли свою роль шапкозакидательские настроения. Развернувшись как на параде эпироты врезались в ряды римлян и… ничего не произошло. Римляне выдержали удар и не повернули своих коней вспять. А дальше стали теснить противников, дав возможность своей пехоте развернуться в боевые порядки. В середине фазы конного боя Пирр возвращается к выстроенной в фалангу тяжелой пехоте и ведет её на римлян.
Это тоже очень интересный момент сражения. В бой на шахматной доске вступают тяжелые фигуры. Историки практически со стопроцентной уверенностью определили место битвы при Гераклее. Как показывает изучение местности, переправившись в брод римская пехота начала подниматься вверх по небольшому подъёму. А воины Пирра как раз спускались на них сверху. Деталь вроде бы незначительная, но всё же… Римляне только переправились через реку. Мокрые сандалии, проскальзывающие ноги. И небольшая горка. Кидать знаменитые пиллумы, тяжеленные римские копья, пришлось снизу вверх. А это лишние метр - два того самого недолета…
Можно себе представить как удивился Пирр, увидев идущие на эпиротов ровные линии римских манипул. До этого эпирский царь сталкивался со многими противниками. Но римская пехотная тактика с промежутками строя и многолинейным построением была для него явлением новым. Как и полетевшие в его солдат тяжёлые пиллумы… В это же время римский полководец должен был тоже почувствовать опасность. Мы не знаем, почувствовал ли он её. Парадокс ситуации в том, что даже если и почувствовал, выхода из мышеловки у Публия Валерия Левина уже не было. Он перешел Сирис и оставил его за спиной. Теперь с тыла была река, а с фронта на его солдат мерным шагом и безукоризненной по четкости линией спускалось то, с чем римляне до этого не сталкивались. Уже сам вид противника, идущего на его солдат, должен был насторожить римского полководца. В особенности, густой лес длиннющих македонских копий, сарисс. Сто лет спустя римский консул Эмилий Павел, победитель Македонской войны, напишет в своих записках, что развернутая в полный фронт македонская фаланга самое страшное из того, что он видел за всю свою жизнь. В грудь каждого легионера смотрело девять копий, от удара которых не спасали ни щиты, ни нагрудники...
Перейдя реку и поднимаясь вверх по склону, первые линии римских легионеров увидели идущее на них, ощетинившееся длинными копьями, бронзовое чудовище… Бросив по сигналу копья и начиная атаку, римляне сами подверглись страшнейшему фронтальному копейному удару. На берегу Сириса закипело одно из самых ожесточенных сражений античного мира, в котором с каждой стороны бились лучшие на тот момент тяжелые пехотинцы. У нас есть четкое свидетельство, что противники семь раз то теснили друг друга, то отступали, обращаясь в бегство. Многие историки полагают, что в отношении фаланги такое невозможно. А почему невозможно, если римляне столкнулись с самой подготовленной фалангой из всех? Считают, что сам бой просто «развалился» на отдельные эпизоды, в которых эпироты в семи местах потеснили римлян, а в семи местах отступали под их натиском. Но если взять за основу это предположение, то именно за счет того, что бой «развалился» на эпизоды, македонцы проиграли римлянам чуть позже сражения при Киноскефалах и Пидне. Т.е., у нас есть исторический пример того, что сломавшая строй фаланга в сражениях с римлянами гибнет. А в этой битве мы такого не наблюдаем. Значит, либо развалившаяся при ожесточенном сопротивлении противника на таксисы и спейры (структурные единицы) фаланга Пирра ничего фатального в такой ситуации не чувствовала и её подразделения действовали самостоятельно и вполне успешно вне общей линии, либо наступала и отступала четко держа строй. Во всяком случае, имеем налицо следующий вывод - ни значительное численное преимущество, ни поэтапное введение в бой второй и третьей линии римских войск не позволили римлянам одолеть тяжелую эпирскую и македонскую пехоту. Хочу вкратце коснуться такого пассажа как «поочередно обращались в бегство». По моему мнению, отступать пехотинцы Пирра как и римские легионеры могли. Но бежать - исключено! Во первых, на поле боя встретились противники с очень высоким кодексом воинской чести и этики. Во вторых, бежать от врага с шестиметровым копьём в руках очень неловко и тяжело. Также как и с длинным и тяжелым римским щитом скутумом, защищавшим солдата от шеи до щиколоток. Одно дело бегать с ним марш-броски, а другое, проделать такое в гуще и суматохе боя. Римляне в конце концов побежали, побросав эти самые щиты. Но до этого было ещё далеко!
В любом случае у нас есть ещё один достаточно серьёзный вывод - римляне несколько раз во время боестолкновения сумели выдержать фронтальный удар фаланги, что ранее не удавалось никому из противников македонцев и эпиротов. Смогли выдержать и даже потеснить фалангу вверх по речному берегу. И только измотавшись полностью и неся тяжелые потери, железные легионы стали медленно поддаваться и отступать к Сирису. Катастрофа была близка, но не настолько. Публий Валерий Левин снова делает очередной шахматный ход, пытаясь переломить ситуацию в центре боевых порядков и разгрузить давление на свою пехоту. Он бросает в бой свой последний резерв - находившаяся в засаде часть римской кавалерии атакует эпирскую тяжелую пехоту во фланг. И, в свою очередь, подвергается фланговой атаке конницы Пирра, усиленной слонами, которые до этого момента также находились в засаде. Буквально сметая римских всадников и ликвидировав угрозу фаланге со стороны конницы противника, эпирская кавалерия, поддержанная слонами, обрушивается на фланг римской пехоты. Всё! С этого момента организованное сопротивление римлян прекращается… Железные супер солдаты бросили щиты и побежали!!! Была нарушена даже клятва Марсу, богу войны. Продолжившая мерное и монотонное наступление фаланга сбросила последние и ещё державшиеся против неё римские манипулы в реку. Римский консул попытался собрать остатки бегущих войск и закрепиться в лагере. Куда там! На плечах бегущих солдаты Пирра ворвались в лагерь противника. Ни о каком дальнейшем сопротивлении больше не могло быть и речи. Ходит байка о том, что от дальнейшего полного истребления римлян спас метавшийся по броду эпирский слон. На самом деле это не так. У Пирра всегда было железное правило, которого он придерживался неукоснительно - правило нецелесообразности долгого преследования разбитого и бегущего противника. Это один из железных гвоздей военного наследия знаменитого эпирского полководца! Пирр просто остался верен самому себе и своей знаменитой «Тактике».
А теперь ещё немного выводов по пассажам. Войско Пирра нельзя считать греческим. Собственно греков из Тарента у него было тысяч пять. Остальные - македонцы, феспроты, хаоны, молоссы и фессалийцы. Первые четыре племени представители Балкан. Их греки всегда считали варварами. А фессалийцы это то, что осталось от пеласгов. Как говорится, читайте «Илиаду» Гомера!
Слоны не принесли победу «грекам». Их роль была важной, но не настолько, чтобы быть судьбоносной. Слоны ничего не смогут сделать в бою против организованной тяжелой пехоты. Да и сами римляне о проигрыше именно слонам ничего не говорят и ими не оправдываются. Слонов не было на флангах армии Пирра. Как не было их там и во втором сражении Пирра с римлянами при Аускуле. Пирр потому и снискал славу лучшего полководца античного мира, что всегда думал головой и делал неожиданные ходы на поле боя. Сложно предположить, что находясь на берегу Сириса против прекрасно подготовленного и превосходящего по численности врага, эпирский полководец выставит на доску всё, что у него есть, ничего не оставив в резерве! Бред? Конечно! И на этот бред повелся даже такой известный военный аналитик как Г. Дельбрюк. Наконец, сам анекдот про слонов, на которых Пирр только и рассчитывал «зная, что противостоять римлянам в чистом поле он не может». Пирр вообще не сталкивался до этого с римлянами. А потому ничего конкретного о них не знал. И если Пирр с маленькой армией пошел на перехват римского войска, то был полностью уверен в своих силах и в своих бойцах! Вера Пирра в самого себя и в свои силы была легендой уже при его жизни! На поле боя гений войны не боялся никого! Пирру и его воинам было по барабану кого громить! Остальные пассажи я затронул в самой статье и больше рассматривать их не имеет смысла.
Таким образом, встретившись с достойным и намного превосходящим по численности противником под командованием опытного и умелого полководца, армия Пирра с использованием всех родов войск и различных тактических ухищрений от ударов по фронту и во фланг врага и заканчивая своевременным и эффективным использованием резервов, нанесла римлянам эффектное поражение и впервые в истории обратила римское войско в паническое бегство! А Пирр в очередной раз доказал, что он величайший воин и полководец. К изложенному добавлю, что за это позорное оставление поля боя римских солдат никто не наказал, а Публий Валерий Левин сохранил свою должность. В Риме осознали, с кем они столкнулись…
Наверное, поразмышляю ещё на одну тему. Справился бы на берегу Сириса с римлянами великий Ганнибал Барка? Думаю, что нет! Ганнибал специалист по римлянам. Но если бы он родился на шестьдесят лет раньше, то при Гераклее был бы разбит наглухо. Почему? Во время войны с Пирром Карфаген за два месяца потерял все свои заморские территории за исключением крепости Лилибей. Но этот город не смогли взять и римляне, у которых в отличии от Пирра при осаде карфагенской крепости был флот. Военное искусство Пирра в своё время шокировало военно-политическое руководство Карфагена. И во времена Ганнибала карфагеняне уже имели значительный опыт борьбы с Римом. Противники хорошо знали друг друга. Но есть и ещё один момент - в руках Ганнибала во время второй Пунической войны была знаменитая книга, «Тактика» Пирра. Вот почему Ганнибал ставил Пирра выше себя! И в величайших, классических победах Ганнибала при Каннах и у Тразименского озера ясно просматривается почерк гениального эпирского царя! И если бы Ганнибал столкнулся с римлянами в той ситуации, то проиграл. У него бы не было на тот момент опыта войн с римлянами и военного наследия Пирра…