Для Петьки и Гадира дни и ночи летели невероятно быстро! Почти всегда они были вместе. Правда, иногда случались перерывы в их общении, когда оба бодрствовали, но стоило кому-то из них заснуть, как он тут же появлялся в сознании другого со словами «привет, я здесь!».
Ромка с Леной научились определять, когда Гадир был рядом. В этот момент Петькины глаза, обычно серые, приобретали голубой оттенок, а когда Петька полностью «уступал место» Гадиру, глаза становились синими.
За месяц Петькино тело окрепло от постоянных утренних тренировок — Гадир его гонял посильнее, чем школьный учитель физкультуры. Для себя же старался. Родители вначале удивлялись переменам, но потом решили, что парень повзрослел.
Ночные путешествия в Атлантиду никак не сказывались на Петькином отдыхе, по утрам он вставал бодрым и полным сил. Домашняя библиотека закончилась, и Гадир углубился в интернет. Он интересовался всем подряд: историей древнего мира и новейшей историей, географией и астрономией, химией и физикой, биологией и генетикой, экономикой и философией, энергетикой и металлургией, авиацией и ракетно-космической техникой….
Страницы текстов, схем, фотографий и чертежей мелькали на экране. Гадир очень быстро усваивал информацию, а в Петькином сознании она накапливалась и откладывалась «до востребования». Иногда Петька слышал о чем-то и понимал, что он в этом разбирается.
Как-то мама возилась с ужином, а отец, сидя за столом, отгадывал кроссворд из журнала «Наука и жизнь». Петька зашел на кухню попить воды.
— Я не понимаю, кто придумывает такие вопросы?!
— Какие, пап?
— «Объект теории струн»! Пять букв, вторая буква «р». Я понимаю, что журнал научный, но не до такой же степени!
Мама усмехнулась, а Петька, недолго думая, выдал.
— Брана — фундаментальный объект «теории струн», представляет собой n-мерную мембрану. Точка является 0-браной, струна — 1-браной, мембрана — 2-браной.
Отец недоверчиво посмотрел на сына, не понимая, розыгрыш это или Петька, действительно, откуда-то знает.
— И про «теорию струн» знаешь?
— Конечно! По «теории струн» все во Вселенной представляет собой вибрирующие струны, которые взаимодействуют друг с другом. В этой теории намного больше измерений, некоторые из которых ученые придумали для того, чтобы подогнать решение под ответ. Но, на самом деле, «теория струн» настолько сложная, что простым языком ее не смогут объяснить даже те, кто изобрел эту теорию. Ну, ладно, я пошёл, у меня там статья интересная.
Отец ошалело посмотрел на маму.
— Ты что-нибудь понимаешь? Я нет.
— Действительно, для школьной программы рановато. Может быть, он у нас физиком будет? Видишь, как интересуется.
Однажды за завтраком, когда отец уже вышел из-за стола и собирался в другой комнате на работу, Петька задел рукой кружку, и она полетела на пол. От неожиданности он испугался, расстроился и напрягся одновременно — сейчас она разобьётся о кафельную плитку. Но кружка, совершая вращательные движения по своей замысловатой траектории, вдруг остановилась и повисла в воздухе. Петька быстро подхватил её рукой и поставил на стол, а мама, занятая мытьём посуды, ничего не заметила. Петькино сердце быстро заколотилось. Что это было? Гадира рядом нет. Я, что, всё это сам проделал?! Фантастика…
— Привет, я здесь!
— Гадир! Ты это видел?!
— Нет. Я что-то пропустил?
— Да!!! Я только что кружку поймал!
— Так что с того? Мужчина должен быть ловким.
— Ты не понял. Она сначала в воздухе остановилась. Повисла! А я её подхватил.
— … Ты меня удивляешь. У вас это называется телекинез.
— А у вас как называется?
— У нас это называется управлением энергией предметов.
— А как это работает? У вас все так могут?
— У нас этим владеют только цари и жрецы, а как работает — не знаю, оно просто работает.
— И ты так можешь?
— Конечно.
— А что же молчал?
— Петь, ну что ты, как маленький? Мне для тебя тут представления устраивать?
— …
— Меня другое удивляет. Получается, что мои способности передаются тебе.
— Это плохо?
— Нужно с отцом поговорить!
От Посейдона Петька больше не сбегал и не прятался. Он оказался очень умным, терпеливым и любознательным собеседником. Относился к Петьке, как к сыну, не делая разницы между ним и Гадиром. В их общую тайну они посвятили ещё и верховного жреца, автора технологии энерго-переноса психо-матрицы, который произошёл между Гадиром и Петькой.
Верховный жрец светился от радости и гордости — технология работает! И вот оно, живое доказательство, сидит рядом и беседует с ним, а ведь между ними тысячи лет!
До вечера и очередного Петькиного путешествия в Атлантиду было много времени, а сейчас нужно было собираться и идти в школу. Четверть заканчивалась, впереди было лето, дача и поездка на море.
— Петь, а что с Ромкой творится? Он какой-то странный в последние дни.
— Не знаю. Вроде все, как обычно.
— Друг называется. Ну, ты даешь!
— Ты меня так загрузил объёмами информации, что мозги кипят. Ничего вокруг не замечаю.
— Я внимательно не приглядывался, но, по-моему, у него проблемы с монетами, которые вы нашли.
— Сегодня спросим у него!
Расспросить не успели. Около школы Петьку уже дожидались Лена с Ромкой. Лена была в возбуждённом состоянии, а Ромка понуро стоял рядом с хмурой физиономией.
— Что случилось?
— Петь, Гадир с тобой?
— Да, так что случилось?
— Вы хоть ему объясните, что одному идти на встречу нельзя! Я уже не могу с ним разговаривать.
— На какую встречу? С кем?
— С покупателем, с коллекционером.
— Ну-ка, рассказывай всё по порядку.
— А что тут рассказывать? Встреча сегодня в четыре часа, в «Шоколаднице», около метро. Я уже и монеты с собой взял.
Роман рассказал про свои переговоры с коллекционером, которого он нашел на «Авито». Зовут его Борис. Сначала он предлагал 50 процентов от рыночной цены, но, когда Ромка стал тянуть со встречей, предложил 70 процентов. Очень хочет купить эти монеты. Сначала сделает экспертизу монет. Если они подлинные, то передаст деньги.
Лена кипела от возмущения! Казалось, что её сейчас разорвет.
— И сколько он тебе заплатит?
— Пять миллионов, но я не для себя…. Я для всех!
— Ты на себя в зеркало смотрел?!
— А что?
— Кто тебе в какой-то «Шоколаднице» отдаст пять миллионов?! Развод это!
— Вот и мне как-то не по себе….
— Так не ходи! Пошли его нафиг.
— Если бы всё было так просто…. Он полицией угрожает….
Лена пыхтела, как кипящий чайник.
— Вот, до чего дошло! Бизнесмен хренов!
Петькины глаза стали синими.
— Не волнуйтесь, на встречу пойдём вместе и во всем разберёмся.
— Я тоже с вами!
— Хорошо, Лен. Вместе — так вместе.
В четыре часа в «Шоколаднице» было немного народа. Оба зала были заполнены наполовину, даже меньше. В дальнем углу за столиком сидел мужчина средних лет с большими залысинами, в очках в золотой оправе и в коричневом пиджаке. Увидев ребят, стоящих у входа и нерешительно разглядывающих зал, он приветственно помахал им рукой и сделал приглашающий жест за свой столик. Когда ребята подошли к нему, он встал, пожал руки Роману с Петькой и галантно отодвинул стул для Лены.
— Очень рад познакомиться с такими приятными и очаровательными юными коллекционерами. Меня зовут Борис Семенович. Вы Роман, а это ваши друзья?
Петька с Леной представились.
— Что будем заказывать, молодые люди? Советую тирамису или шоколадный брауни, эклеры здесь тоже весьма вкусные.
— А монеты когда смотреть будете?
Борис Семенович с укоризной посмотрел на Ромку, улыбнулся и покачал головой.
— Зачем вы торопитесь, Роман? Я хочу, чтобы вы ушли отсюда сытые, довольные и с моими деньгами в карманах. Пока вы будете наслаждаться десертами, я успею посмотреть все ваши монеты.
Так и сделали. Пока дожидались десерты, Борис Семенович достал из портфеля увеличительное стекло в замшевом футляре и маленькие настольные электронные весы. Всё это он аккуратно подвинул на край стола к стенке, чтобы эти предметы не мешали сервировке стола.
Ромка нервничал, Лена сидела, нахмурив брови, а Петька со скучающим видом разглядывал зал и периодически смотрел на входную дверь. Когда принесли напитки и десерты, Борис Семенович оживился.
— Ну, что же, мои юные друзья, приступим к самому приятному! Показывайте ваше сокровище.
Ромка достал из ранца черный целлофановый пакет, сверху завязанный узлом, внутри которого позвякивали металлические монеты. Развязал его и передал коллекционеру.
Борис Семенович каждую монету со всех сторон внимательно разглядывал через увеличительное стекло, а потом взвешивал на электронных весах. Руки у него подрагивали, и он едва сдерживал своё возбуждение. Без сомнения, все монеты были настоящими! Чутьё и на этот раз его не обмануло. Ах, мало он запросил с Долгова. Нужно было брать с него не семь, а семь с половиной миллионов. Все монеты были в идеальном состоянии. Такого Боря ещё не встречал. Но, что сделано, то сделано. Пусть подавится! Для Бори и семь миллионов тоже неплохо.
Он отодвинул в сторону электронные весы, снял очки и вытер носовым платком вспотевший лоб. Потом двумя руками причесал свои волосы назад и сладко потянулся в кресле. Это был условный знак для капитана Грязного.
Через несколько минут дверь в кафе открылась, и через неё вошел капитан полиции в патрульно-постовой форме. К ремню справа была пристёгнута кобура, а сзади наручники. Вид у капитана был грозный и внушительный. Он на минуту задержался у входной двери, как бы осматривая зал, а потом решительно направился в сторону столика, за которым сидели коллекционер с ребятами.
— А вот и ваш знакомый, Борис Семёнович. Давайте его поприветствуем!
Коллекционер вздрогнул и уставился на Петьку испуганным взглядом. Ему показалось, что глаза у мальчишки стали синими.
Дрожащими пальцами он надел очки, чтобы получше его рассмотреть, но Петька уже отвернулся и смотрел на полицейского. Тот, как ни в чем не бывало, продолжал идти через зал в их сторону, а люди за столиками уже оборачивались и смотрели на него.
Дальше произошло то, во что трудно поверить, если только сам такое не увидишь. Кожаный ремень капитана расстегнулся, пуговицы на форменных брюках отскочили, и они под тяжестью кобуры и наручников упали вниз. Ноги капитана на полном ходу в них запутались, и он рухнул в проход между столиками.
Всё бы ничего, в жизни всякое бывает, только трусы у капитана оказались розовыми слипами в цветочек, очень похожими на женские. И тут можно было бы закрыть глаза на этот факт, мало ли какой цвет нравится человеку. На вкус и цвет товарища нет. Полицейский в розовых слипах кое-как поднялся, натянул брюки и стал застёгивать ремень, но у капитана сегодня точно был не его день. Ремень лопнул в его руках на две половинки. Как такое могло произойти, непонятно. Брюки снова упали вниз.
Народ в зале стал смеяться и аплодировать. Мало ли до чего додумаются эти рекламщики, чтобы только привлечь побольше клиентов. Кто-то уже снимал это шоу на камеру телефона. Капитан во второй раз подтянул брюки и, придерживая их руками, выбежал на улицу.
Петька посмотрел на вспотевшего и красного коллекционера. Тот сидел напротив него с открытым ртом и выпученными глазами.
— Как вам шоу, Борис Семенович?
— М-м-м-м…
— Вы передумали покупать монеты?
— М-м-м-м…
— Тогда нам пора. Ром, забирай монеты, мы уходим.