Японцы и китайцы, как многие соседние народы, всегда тайно и явно конкурировали и соревновались друг с другом. Бывало, и воевали. Их история полна не только общих моментов, но и стремления отдалиться, дистанцироваться друг от друга.
Японцы опасались быть проглоченными многочисленными соседями и не только.
В истории были периоды, когда Япония открывала границы для иноверцев, и в страну устремлялся поток христианских миссионеров. Запад для культуры Японии был даже более опасным конкурентом, чем Китай.
Поэтому то и дело появлялись течения, пытающиеся отделить японское от китайского и западного.
Например, движение кокугаку (или вагаку, кокаку, когаку) возникло в XVII веке с целью противостоять китайскому неоконфуцианству. Чересчур модным стали тогда в Японии неоконфуцианские теории.
Когакуисты перелопатили всё культурно-религиозное наследие японцев. Изучили, что же было присуще ему до внесённого извне буддизма. Движению удалось сделать акцент на сугубо японских признаках в японской философии, религии и культуре. Благодаря чему, японская культура в итоге стала узнаваемой в Восточной Азии.
Но среди японцев возник и стал укрепляться также «японоцентризм».
В 1796 году вышла книга Норинаги «Проникновенные речи о противостоянии [варварам]», где Япония была объявлена родиной богини солнца Аматэрасу. На основании этого факта японцы решили, что соседние Корея и Китай должны быть ниже статусом на международной арене.
Японцы пошли дальше в этом направлении и приступили к исследованиям об уникальности своей нации. Эта теория получила название «нихондзинрон». В её развитие внесли свою лепту множество учёных и специалистов из различных гуманитарных областей.
Было объявлено, что родословная японских императоров берёт начало от богини Аматэрасу. А Аматэрасу – это главное божество в японской религии синтоизм. Таким образом, японцы уверовали в свою «богоизбранность» и уникальность.
Но после поражения во Второй мировой войне император Хирохито отказался от божественного происхождения. Выяснилось, что император – обычный человек и не имеет ничего общего с богиней Солнца. От этого открытия японцы были сломлены больше, чем от поражения на войне.
Срочно нужно было придумать что-то, что вселило бы в них уверенность и повысило бы самооценку. Вот тут на помощь и пришёл нихондзинрон, который утверждал, что японцы особенны во всём, и европейцам далёко до них в мышлении, культуре и стиле.
Японским учёным пришлось, конечно, изрядно потрудиться, прежде чем теория пошла в народ и овладела умами и сердцами. В 60-70-е годы ХХ века теория достигла расцвета. Японии удалось избавиться от западного представления о японцах, как кровожадных захватчиках. Теперь они предстали как элитная нация, владеющая некими только ей понятными знаниями и качествами.
Я помню, как в 80-90-е годы наши СМИ писали о японских школах, где на стенах висят шедевры мировой живописи, и японские дети с малых лет в обязательном порядке изучают мировую музыкальную классику. Таким образом, они воспитывали в детях знание и мировой культуры и искусства. Это в логике вещей: без знания мировой культуры не предстанешь перед миром высокообразованным, достойным народом. Это важно и для повышения самооценки.
Нихондзинронцы в своих исследованиях дошли до того, что японскими учёными были обнаружены отличия в мозгу японцев от мозга не японцев. Оно связано с восприятием гласных преобладающим полушарием.
Согласно нихондзинрона, отличия японцев от представителей других национальностей состоят в следующих пунктах:
- у японцев особая религия – синтоизм;
- японцам присуще особо чуткое отношение к природе;
- уникальность национальной одежды. Кимоно – это произведение искусства;
- уникален японский язык, сложен для иностранцев, так как требует особого развития мозга;
- особенная еда. Из-за обилия растительной пищи в рационе даже кишечник у японца длиннее, чем у других.
Надо признать, что нихондзинрон, а также другие течения, стремившиеся видеть Японию наравне с великими мировыми державами, сыграли положительную роль для страны. Они помогли японцам не потерять себя, избежать участи колониальной страны, достичь мирового признания.