Стоял чудесный вечер самого начала августа. Лето в последний раз, словно зрелая, но ещё красивая женщина, кокетничало и прихорашивалось на пороге осеннего пожилого возраста. Сейчас оно было прекрасно, но в глубине его небесного глаза уже светилась глубокая грусть по прошедшей молодости весны. Не было ничего прекрасней той вуали сумерек, алой помады заката, выкрашенных и словно завитых кудрей из листьев на деревьев. Но зелень желтела, словно седина медленно кралась по локонам лета. На залитой медовым сладким светом набережной сидел немолодой благородный кот, который как нельзя лучше вписывался в увядающую картину из последних гибнущих роз, седой листвы и уже прохладной колышущейся в реке воды. Он был спокоен и умиротворён, и казалось, что он всегда вот так в сидит в этом тёплом августовском вечере. Но нет, жизнь его была больнее и сложнее. Сколько претерпел на своём веку этот старый кот редкой породы сноу-шу! Он в молодости был красив, просто обворожителен, но его хозяин любил идеальнос