Я пытаюсь, но не могу сейчас разжечь пламя,
Хоть между нами всё те же лежат дрова,
И спички на столе моём, и зажигалка в его кармане,
Как их не трожь, теперь уходим по разным сторонам.
«Доброе утро, солнышко» – да как же приятно быть частью
Мыслей и жизни того, кто нацелен на числа, и я просыпаюсь
С улыбкой искренней. Весь день вспоминаю о нём,
Да чего удивляюсь? Мы на расстоянии,
И вот неделя, вторая, третья проходят, вечерний созвон,
И я снова выношу нам мозги внепланово:
Вопросы про тепло и холод, нашу серьёзность в отношениях.
Что-то ёкнуло, решила докопаться, есть ли у него намерения.
Не знаю, вешал ли он лапшу на уши мне, но точно было вкусно,
Надежда была на будущее, хоть я и не во всё верила, ведь так было лучше,
Точнее легче. И вдруг мне показалось,
Что это я – мелкая врушка, –
И не имею на нас никаких планов
Тем более серьёзных.
Блин, прикиньте? Теперь стало так морозно,
И я прям чувствую его прохладу.
И я верю, что изменится хоть что-то, и мы оба растаем.
Просто нам надо, нет, именно мне надо
Больше времени. Хотя кто его знает.
Может, мы уже приблизили конечную, и дальше ехать некуда,
А может, я поверю ему и себе, он позвонит, и мы снова встретимся.
Он теперь оставил дрова
И не пытается разжечь огонь. Собственно, как и я.
Может, это моя вина. Не знаю.
Он говорит, что занят,
Дела с работой. Возможно.
Что сказать? Увидим, посмотрим.
Я просто жду, чтоб написать, как меня сильно ломит,
Как я хочу встретиться и скучаю по его роли,
Ведь он говорил, привязанность и любовь, это типа синонимы?
Вроде бы? Вроде бы.
Я правда поверю себе, только когда почувствую «ломку»,
Иначе я смогу жить без него и без нас, а толку?
Это просто мой монолог, как я люблю: в рифму и по факту,
И я сгорю от стыда, если этот текст дойдёт до его косвенного адресата,
Хотя если дойдёт, значит мы с ним снова поладили,
И сейчас либо в Москве лежим, либо в отеле после катера
Где-то в Краснодарском крае,
И оба знаем,
Кем являемся друг другу,
И я больше не мучаю нас по поводу обсуждения дружбы.
Значит, всё хорошо. Мы в номере или дома вкусно поужинали
И теперь вспоминаем то смешное и глупое время июльское,
Которое, видимо, было нужно,
Хотя бы для написания этой лирики и пересказа того, что я ощущаю и чувствую.
