Продолжение. Начало здесь
4.
Андрей едва успел натянуть брюки, как за стеной сарая послышались топот копыт и голоса. Александра вцепилась в его руку и приложила палец к губам. Они осторожно прильнули к щели в стене. Несколько всадников въехали на площадку перед сенником. Сытые кони нетерпеливо гарцевали. Бородачей и Кривого Андрей узнал сразу. Кривой соскочил с коня и подошел к двери.
- Ну что там? - один из бородачей.
- Замок. С лета никто не открывал. Заржавел уже.
- Я же говорил, они ушли через перевал. Поехали!
Кривой задумчиво оглядел сарай, и на какой-то миг Андрею показалось, он встретился с ним взглядом. Андрей замер, затаил дыхание.
- Может запалить его? - Кривой вернулся к двери и подергал замок.
- Не дури! Поехали! А то скоро стемнеет!
Всадники скрылись за поворотом. Андрей быстро натянул одежду.
- Надо уходить!
Александра покачала головой.
- Нет. Придется переждать. Сейчас уходить опасно. Они прочешут всю округу. А здесь нас уже искать не будут.
Она достала из рюкзака сверток в льняной салфетке. Расстелила ее на пледе, как скатерть-самобранку, и, словно по волшебству, явился на салфетке шмат сала с мясной прожилочкой, с подвявшими зубчиками чеснока в кремовой мякоти, черный хлеб, вареные яйца. У Андрея от этакого натюрморта голова закружилась. Только сейчас он понял, как проголодался.
- Налетай! - Александра уложила на горбушку толстые ломти сала и протянула Андрею.
Насытившись, беглецы зарылись в сено и проспали до утра.День прошел в полудреме, а вечером, едва стемнело, они снова тронулись в путь. Через лощину беглецы вышли в долину. Здесь снег уже сошел, но пронзительные ночные ветра продували насквозь старое пальтишко Андрея. Он ежился, но холод пробирал до костей. А тетка шпарит, как заведенная. И ничто ее не берет. Железная тетка!
- Теть Саш, давайте рюкзак что ли понесу.
Женщина молча протянула рюкзак Андрею и еще быстрей зашагала по ночной дороге. "Хоть бы спасибо сказала! Хотя сам-то ты чем отблагодарил ее за то, что она тебя из-под топора вытащила? Ну и фрукт же ты, Андрюха! Жив, голова при тебе, сало жpал, а нормальных человеческих слов не нашел. А она ведь тащит тебя куда-то, спасает. Кольца фамильного не пожалела. И как теперь говорить? Теперь вроде и неловко.
- Теть Саш! Я чего хотел...хочу поблагодарить... ну, спасибо вам... по гроб жизни...
Андрей догоняет тетку и шагает рядом. Тетка что-то сердито бормочет.
- Не понял!
- Ну, сказал же один раз. И хватит. Под ноги смотри, племяш!
"Ну и характерец! Баба Яга! Да и черт с ней!"
К рассвету беглецы вошли в поселок. Ни одно окно еще не светилось. Жители спали самым крепким предутренним сном. Тетка постучала в окно крайнего дома, вспыхнул свет, открылась дверь. На крыльце появилась женщина в накинутом на плечи платке.
- Ой, Санечка, какими судьбами?
Пошептались. Андрей стоял у калитки, дожидаясь результата переговоров.
- Заходите, заходите! - услышал он певучий голос хозяйки.
В доме щедро натоплено и пахнет жареной картошкой. Андрей скидывает пальто и проходит к печке. Печь пышет жаром. Какое наслаждение! Он садится на лавку, прижимается спиной к раскаленному боку печи. Сразу наваливается дремота. Хозяйка меж тем хлопочет, накрывает на стол, расставляет посуду, ставит подогреть большую сковороду с жареным мясом и картошкой. Тетка тоже разделась. На ней мешковатая длинная юбка, вязаная кофта с вытянутыми карманами. Верхний, теплый платок она сняла. Под ним ситцевая белая косынка в серую крапинку.
- Теть Тась, вы бы нам баньку истопили.
- А как же, - певуче отзывается хозяйка, выставляя на стол миску с солеными огурчиками, - к вечеру истопим. Поедите, отдохнете, в баньке попаритесь. Вот и Валечка проснулась.