...
Потому что на Москву отступала русская армия.
Очень часто - если не сказать почти всегда - при оценке исторических событий люди прибегают к одной крайне пагубной привычке: они начинают смотреть на историю через призму более приближенных и понятных им событий. Поэтому зачастую о войне 1812 года люди склонны судить при помощи образов Великой Отечественной войны, что просто неприемлемо. За исключением небольшого количества схожих черт это были две абсолютно разные войны, которые велись с разными целями и разными силами. И если руководство Гитлеровской Германии, поставив в основу своих действий порабощение, эксплуатацию и уничтожение, действительно ставило своей целью захват вожделенных территорий, то в случае с Наполеоном мы имеем совсем иную картину.
Для Наполеона эта война была логичным продолжением политики, но нисколько не войной на уничтожение. Вопрос заключался в том, чтобы принудить Россию следовать в нужном политическом русле, но речь никак не шла об уничтожении её государственности.
Наполеон - апологет стратегии сокрушения и прямых действий. Решительность - самая характерная черта не только его полководческого стиля, но и всех принимаемых решений в целом.
Планы войны с Россией претерпевали изменения. На начальном этапе они были сугубо оборонительными, так как и Наполеон, и французское руководство с полной уверенностью предполагали, что войну начнет Россия. Но со временем ситуация поменялась, и было принято решение перейти от оборонительных действий к наступательным. Но и на данном этапе ни Москва, ни Санкт-Петербург во французских планах не фигурируют... Как же так..?
А все потому, что ни они были главными целями. И вообще ошибочно придавать в начале XIX века городам то значение, которым они обладали уже в XX.
Самый весомый инструмент внешней политики любого государства - это его вооружённые силы. Лишить его этого инструмента - и можно будет уже навязывать побеждённому свою политическую волю. Именно это и легло в основу планов Наполеона: разгромить русскую армию в одном-двух больших сражениях на территории новоприобретённых западных губерний. Ставка на генеральное сражение, обеспечив значительный численный перевес не предполагала продвижения вглубь русских территорий: все должно было решиться на землях бывшей Речи Посполитой.
Однако русская армия на генеральное сражение не пошла ввиду заведомо подавляющего превосходства неприятеля. 24 июня начинается переход Немана Великой Армией, а уже 28 июня русские оставляют Вильно, третий город империи: становится ясно, что русская армия уклонилась от удара.
Перед Наполеоном сразу встает выбор, что делать:
1. Отступить обратно за Неман, что бы повлекло самые пагубные политические последствия... Когда ты имеешь славу только победителя, ты становишься её заложником: малейшее движение назад начинает восприниматься современниками как надлом.
2. Перейти к преследованию русской армии с целью нагнать её и навязать-таки ей генеральное сражение. В общем-то, всем нам известен выбор Императора и к чему он привел. Но сейчас не об этом.
Как мы видим, ни Москва, ни Петербург, ни какой-либо другой город не имеют в этом плане определяющего значения. Впервые Москва в качестве хоть сколь-нибудь досягаемой цели начинает появляться в армейской документации только после Смоленска и никак не раньше. Объектом воздействия становилась русская армия, а не пункты на карте - и это единственно правильный и логичный путь, в этом нет сомнений. Иначе действовать в тех условиях было просто нерационально; другой вопрос, что русские контрмеры этот план перевесили.
Только лишь потому, что русские избрали путь отступления на Москву, за ними последовал и Наполеон, преследуя армию противника. Грубо говоря, это не Наполеон пошел на Москву, а Барклай и Кутузов. В случае, если бы русская армия, условно говоря, отступала бы в направлении Петербурга, Наполеон бы тоже пошел на Петербург.
Так что все предельно просто...
