— Госпожа, вы чего—нибудь желаете?— спросила запыхавшаяся Умут Калфа.
— Ты нашла лекаря для моей матушки?
— Я....Пока не занималась этим, госпожа, но завтра же решу.
— Я жду, Умут.— строго кивнула Кесем. — Я слышала, в гарем новые ткани завезли....Отбери лучшие.
—Машаллах, вам все к лицу будет госпожа. Вы достойны самых лучших нарядов.
— Много слов, Умут Калфа.
— Хотела вам доложить вот еще что...—взгляд Умут Хатун заметался по покоям. — Эмине Султан связи в совете обрела.
— Чего она там обрела? Падишахом себя возомнила?!
— Али Паша на ее стороне.
— Вот же...Змея. Своему сыночку будущее делает! Ладно уж, иди.
****
Покои Султана. Несколько дней спустя.
— Давуд ага, я просил тебя взять в ученики Иосифа. Как его учеба?
— Он довольно умный и действительно талантливый.
— Отлично, как то дело, о котором я просил тебя?
— Макет мечети готова в скором времени. Могу я узнать для кого она? Нужно подобрать цвета и плитку.
— Эта мечеть Кесем Султан.
— Повелитель, но....Никто так не делал.
— Что именно, Давуд ага?
— Никто не строил мечети для рабов.
— Она не рабыня. Она моя законная жена, Давуд ага.
— Как будет угодно, моему повелителю.
****
— Госпожа,— вошла в покои Нилюфер Хатун.— У меня для вас новость.
— Говори.— Кесем отложила вышивку.
— Аудиенции просит Давуд ага.
— Позже.
— А еще Валиде Султан желает видеть вас на ужин.
— Сегодня?
— Да.
— Разве у меня есть выбор? Приготовь мне наряд.
Нилюфер покинула покои не забыв прихватить поднос с едой.
Перед ужином Кесем все же приняла архитектора.
— Чего тебе, Давуд ага?
— Какую плитку Вы предпочитаете, госпожа?
— Какая еще плитка? Ты о чем ага?
— Как же? О мечети.
— Я ничего не понимаю, ага. Объясни нормально!— нервнечала Хасеки.
— Повелитель недавно пригласил меня к себе и сказал, будто строить мечеть надо. Мечеть имени Хасеки Кесем Султан.
Кесем ошеломленно просидела без даижения несколько минут.
— Не врешь ага?
— Как я смею!? — возмутился Давуд ага.
—Так, что ты хотел?
— Да вот, хотел плитку вам предложить посмотреть, глядишь, и выберете чего—нибудь....
— Хорошо, давай посмотрим....
Вскоре солнце село и Константинополь погрузился во тьму.