Древний согдийский город Баласагун (Семекне на языке основателей) стоял на одной из веток Великого Шёлкового пути и мог бы достоять до наших дней, но не сложилось. Когда-то здесь жили мудрецы и поэты, мирно соседствовали мусульмане и несторианцы. Теперь учёные не могут договориться о том, где же на самом деле находился Баласагун. В итоге киргизские археологи сошлись на том, что городище Бурана в 12 км от киргизского Токмака — самый подходящий кандидат для развалин древней столицы Караханидов.
Столицей город был назначен после захвата тюрками и вскоре стал политическим и экономическим центром Чуйской долины (по названию реки Чу — не путать с Чуйской степью в Горном Алтае). Учёный Махмуд Кашгарский, живший в XI-XII вв., поместил город в центр карты мира, что понятно — город и был центром тюркского мира, мегаполисом своего времени. Здесь проживало около 16 тысяч человек на территории в 30 км², не было своей цитадели, и центр, судя по всему, был небольшим, основное пространство занимали кварталы от внутренних до внешних стен.
Начало конца наступило в XII веке с приходом гурхана Елюй Даши — киданьского полководца, спасавшегося от чжурчжэней (последние захватили родину Елюй Даши — империю Ляо — и основали новое государство Цзинь). Отсюда гурхан пытался создать собственную империю, и город какое-то время сохранял столичные функции. В начале XIII века он оказался под найманами и, видимо, пережил такое сильное разграбление, что Чингисхану в 2018 году сдался без боя. За это получил от монголов название Гобалык — «хороший город».
При монголах Баласагун продолжал пустеть и в середине XIV века окончательно умер. Последним пёрышком, сломавшим спину этого верблюда, стала среднеазиатская эпидемия чумы 1338—1339 годов, переросшая в печально известную «чёрную смерть». В источниках XIV века ещё встречаются сведения о несторианском кладбище Баласагуна, но после этого город словно исчезает: ни упоминаний в хрониках, ни точного места на карте.