В литературе недостаточно внимания уделяется обстоятельствам создания и удержания Старосалтовского плацдарма, с которого потом стартовала северная "клешня" в советском наступлении на Харьков весны 1942 года. Гораздо больше раскручена южная "клешня", прошедшая между Балаклеей и Славянском - и пропавшая в так называемом Изюм-Барвенковском "котле", тогда как "северная" просто отступила с потерями - обратно на Старосалтовский плацдарм, а потом и за Северский Донец.
Хотелось бы подтянуть Читателя по географии тех мест, как раз я там неподалёку живу. Вот как выглядит район Старого Салтова с низкого восточного берега Северского Донца, явное повышение местности, говоря военным языком - "доминирование":
В ходе Второй и Третьей битв за Харьков, форсирование реки здесь производилось зимой - по льду, уверенно державшему лёгкие танки, и даже, как мы увидим далее, "Т-34". Если в Третьей Битве немцы получили приказ прекратить оборону этого места и организованно отходить на запад, избегая окружения (поскольку РККА глубоко прорвалась на более южном участке), то в ходе Второй битвы, немецкая оборона здесь была изначально недостаточно сильна.
Ранее, проиграв Первую битву за Харьков, советские войска ушли далеко на восток: не только за Северский Донец, но сгоряча ещё дальше - за реку Оскол. Почему "сгоряча" - потому что их никто не преследовал: немцы остановились на Северском Донце и дальше не совались, кроме небольших передовых отрядов, ставших гарнизонами в нескольких населенных пунктах на восточном берегу, типа Волчанска. Харьков сдан 21 октября 1941 года, за Оскол завершили отход 30 октября, а Волчанск занят немцами 31 октября:
Это пространство между двумя реками (Северским Донцом и Осколом) стало ничейной полосой на несколько месяцев. У маршала Голованова есть интересный момент в мемуарах, как его лётчики были сбиты где-то глубоко в немецком тылу, пробирались к своим на восток, по ночам: доползли до Харькова, потом за Харьков, там уже почти не было немцев, а как перебрались за Северский Донец - то просто днём пошли, во весь рост, в форме, по ничейной земле, не таясь, на десятки километров - и уже где-то в Острогожске пришли к своим.
Вскоре после этого глубокого отхода, в ноябре 1941, советские войска пришли в себя, и контрударом выбили немцев из Ростова-на-Дону, и вообще развернули широкое контрнаступление, дойдя от Ростова-на-Дону до Миус-фронта на юге, и примерно до Славянска в центре.
Продолжением Ростовской наступательной операции стала Барвенковско-Лозовская, в ходе которой удалось в январе 1942 создать плацдарм за Северским Донцом в районе Изюма-Славянска. С него пытались продвинуться в феврале-марте, но не смогли, остановились из-за распутицы до мая, это и будет упомянутая южная "клешня" во Второй Битве за Харьков.
Впрочем, Харьков не был тогда целью главного удара, направленного на Донбасс - Днепропетровск в обход Миус-фронта с севера. Но руководивший операцией маршал Тимошенко сообразил, что ему ничто не мешает приблизиться к Харькову по ничейной земле (междуречью Оскола и Северского Донца) и создать ещё один плацдарм - для второй замыкающей "клешни" - северной, охватив Харьков и сделав его одной из целей операции. И тогда, повинуясь его приказу, точно так же, без сопротивления противника (ну кроме небольшого гарнизона в том же Волчанске, освобождённом 12 ноября) советские войска прошли, как те лётчики, через междуречье в обратном направлении, и подошли к Северскому Донцу в районе Старого Салтова.
Операция по форсированию реки проведена в течение 5 дней - с 7 по 12 марта 1942 года. Первый эшелон 1-й гвардейской стрелковой дивизии генерала Руссиянова, переправившись, овладел селом Варваровка в 4-5 км к северо-западу от Рубежного. Второй эшелон расширил плацдарм, продвинувшись на 6-8 километров к северо-западу от Северского Донца. Здесь и далее все названия населенных пунктов - современные, чтобы Читатель мог ориентироваться в событиях по привычной ему карте. Варваровка здесь не подписана, она возле верхнего края карты посередине - справа от Терновой и выше Байрака, видите небольшое белое пятно:
227-я стрелковая дивизия сменила части 300-й стрелковой дивизии на участке Писаревка - Шоповка и, усиленная двумя дивизионами "катюш" и полком ПТО, наносила удар на Шестаково (последнее находится строго на запад от Старого Салтова).
226-я стрелковая дивизия генерала Горбатова, дойдя до Задонецкого, замедлила продвижение из-за сильного противодействия противника и отсутствия связи с приданной артиллерией усиления. К концу следующего дня - 8 марта, она смогла овладеть восточной окраиной села Рубежное, далее продвинуться не могла. На следующий день она возобновила атаки, пытаясь довзять Рубежное, но не имела успеха, несмотря на сильное артиллерийское усиление и поддержку 10-й танковой бригады.
Последняя перед этим пыталась переправить через Северский Донец 4 танка "Т-34" по льду. Первый танк прошел переправу удачно, второй обратным ходом проломил лёд и моторной частью засел в воду уже на западном берегу Северского Донца, чем задержал переправу остальных. В бою за Рубежное принял участие только тот, первый, успешно переправившийся танк, чего оказалось недостаточно.
Овладеть Рубежным удалось только к вечеру следующего дня - 10 марта. В этот же день 10-я танковая бригада успешно переправила 12 танков (3 штуки "Т-34", 5 штук "БТ-7" и 4 штуки "Т-26") некоторые из них успели принять посильное участие в боях за Рубежное.
В ночь на 11 марта 226-я стрелковая дивизия преследовала противника из Рубежного в направлении на Верхний Салтов, и к вечеру этого же дня овладела последним при содействии 10-й танковой бригады. Танкисты пытались выйти в атаку дальше - на Старый Салтов, но потеряли три танка (по одному каждой модификации), подорвавшись на минном поле. В этот же день другой полк дивизии после сильной артподготовки освободил Заречное (на восточном берегу напротив Старого Салтова).
Батальонно-тактическая группа (танковый батальон из 10-й танковой бригады и лыжный батальон из 226-й стрелковой дивизии) с западной окраины села Рубежное атаковала на юго-запад - на Перемогу и Шестаково.
227-я стрелковая дивизия должна была обеспечить её прикрытие с севера - со стороны Терновой. Однако сделать этого не смогла, и в треугольнике дорог (2 км западнее села Байрак) упомянутая БТГ встретила сильный огонь противотанковых орудий, а затем вышли в контратаку три средних танка противника и до батальона пехоты из Терновой. И, хотя атака немцев была сорвана, один их средний танк уничтожен, в этом бою потеряно три наших танка Т-34, а БТГ изменила маршрут и вышла к селу Байрак с намерением атаковать Перемогу.
124-я стрелковая дивизия (командир - Берестов) сменила части 300-й стрелковой дивизии на участке Заречное - Новодоновка, с задачей овладеть поселком Старый Салтов. Её передовой отряд, переправившись на западный берег Северского Донца южнее Старого Салтова, был окружен противником, но второй эшелон дивизии разблокировал его. К 10 марта Старый Салтов обойден с юга, однако атаковать с этих рубежей возможности не было. 300-я стрелковая дивизия действовала в направлении на Молодовую, прикрывая южный фланг 124-й стрелковой дивизии.
С утра 12 марта 226-я стрелковая дивизия и 10-я танковая бригада перешли в наступление на Старый Салтов. Противник оказывал сопротивление, выведя артиллерию на прямую наводку, но вынужден был бросить орудия и бежать на южную окраину поселка и на запад - в Шестаково. К 16:00 советские войска полностью выбили 294-ю пехотную дивизию вермахта из Старого Салтова и вынудили её отойти за реку Большая Бабка. В этот же день части 226-й стрелковой дивизии в ходе вечернего налета освободили Молодовую, при поддержке танка БТ-7 с десантом на броне.
Так завершилось формирование Старосалтовского плацдарма силами дивизий 38-й армии генерала Москаленко.
Ежедневно противник подвергал Старый Салтов и переправу обстрелам дальнобойной артиллерии и авиаударам. Бои за расширение плацдарма продолжались. 294-я пехотная дивизия вермахта отошла на заранее подготовленный рубеж обороны по реке Большая Бабка с опорными пунктами в селах Перемога, Октябрьский, Фёдоровка, Песчаное и на наиболее устойчивую в противотанковом отношении позицию в Шестаково. Высокий правый берег реки Большая Бабка с сильно пересечённым рельефом местности, а также глубокий снежный покров позволили создать крепкую систему противотанковой обороны, усиленную дзотами.
Более того, этот сектор усилен 3-й танковой дивизией генерала Брейта, которая выдвинулась из-под Курска 20 февраля и прибыла в Харьков 4 марта. Поначалу она была резервом 6-й армии и имела на самом деле только одну полноценную танковую роту. Все неисправные танки и транспортные средства погружены в Курске и доставлены в Харьков по железной дороге. 12 марта дивизия получила 40 новых Т-3 с длинноствольной пушкой L/60, а следом самолетами Ju 52 из Курска прибыли танковые экипажи.
С 12 марта штаб танковой группы 3-й танковой дивизии размещен в Шестаково, вместе со штабом 294-й Саксонской пехотной дивизии генерал-лейтенанта Габке. Но 13 марта пришел приказ перевести штаб танковой группы в поселок Липцы, куда прибывали части усиления для 3-й танковой дивизии, в том числе пехотный полк 168-й пехотной дивизии, и переподчинялась моторизованная группа, удерживающая Терновую. Основная задача 3-й танковой дивизии - не допустить прорыва соединений Красной Армии к Харькову.
В течение 13 марта, 226-я стрелковая дивизия продолжала наступление, одним полком атаковав Фёдоровку, другим - Октябрьский и Драгуновку; к 11:00 эти сёла освобождены, при поддержке 10-й танковой бригады: группы танков из 11 и 8 машин с десантом на броне врывались стремительной атакой в сёла и удерживали их до подхода основных сил. Не останавливаясь на достигнутом, ударом с севера оба полка захватили Песчаное. Командир 226-й стрелковой дивизии решил сходу атаковать и Шестаково, но командование армии, предвидя невозможность поддержать вырвавшиеся вперед полки, не позволило.
14 марта боевая группа 3-й танковой дивизии вермахта вышла в контратаку из Шестаково и отбила Рогачёвку.
15 марта - 226-я стрелковая дивизия атаковала и овладела Верхней Роганкой, Сороковкой, Степанки (последние два - чуть южнее Верхней Роганки, не попали в обрез карты, зато их хорошо видно на другой карте - в конце статьи) и закрепилась в них. Этот обходной маневр должен был вынудить противника оставить Шестаково, но тот ответил авиаударами по позициям 226-й дивизии, плюс контратака на Песчаное, которое советский полк после целодневного боя вынужден оставить и отойти в направлении на Старый Салтов, потеряв связь с двумя другими полками, занимавшими Сороковку, Степанки и Верхнюю Роганку.
В этот же день 227-я стрелковая дивизия имела задачу совместно с 10-й танковой бригадой атаковать Шестаково и Перемогу. Танкисты, ведя бой в составе 9 танков, вошли в село Перемога, но долго удержать его десант не смог. Более того, 227-я стрелковая дивизия потеряла Драгуновку и Украинку, противник на этом участке ввёл в бой до 10 танков из 3-й танковой дивизии. Уже в этот день последней поставили задачу создавать предпосылки для атаки на Байрак (начнется 24 марта). Это вынудило 226-ю стрелковую дивизию заниматься подготовкой на своем правом фланге противотанковой обороны, а кроме того, дивизии поставлена задача вернуть Песчаное.
15 марта - 226-я стрелковая дивизия не смогла полностью очистить Песчаное, оставаясь только на восточной его окраине. В течение дня она подвергалась авиаударам, тогда как прикрытия со стороны авиации РККА не было. Немецкие самолеты безнаказанно бомбили Песчаное, Фёдоровку и Старый Салтов, не давая возможности перегруппировать части дивизии. Судьба двух полков у Сороковки по-прежнему была неизвестна. Она прояснилась только на следующий день, когда в Сороковку был направлен разведывательный взвод из штаба дивизии. Оказалось, что оба полка 226-й дивизии, ведя бой без подвоза боеприпасов и продовольствия, ещё 15 марта сдерживали противника, который атаковал силами до батальона пехоты и 10 танков и постоянно получал подкрепления из Харькова. В ночь с 15 на 16 марта оба полка вышли из боя и, двигаясь по маршруту: лес восточнее Сороковки - Молодовая - Старый Салтов, прибыли в последний утром 16 числа и расположились на отдых: до 19 марта выведены в армейский резерв.
227-я стрелковая дивизия, помимо 10-й танковой бригады, получила для усиления 34-ю мотострелковую бригаду, и 15 марта они вели бой за Шестаково. Танки противника прямой наводкой расстреливали выходящую в атаку мотопехоту. 10-я танковая бригада потеряла в этот день четыре танка, и переломить ход боя возможности не имела ввиду превосходства противника.
16 марта 227-я дивизия частью сил безуспешно пыталась атаковать Песчаное, находясь под непрерывными авиаударами. Другие подразделения этой дивизии, 10-я танковая бригада (6 танков) и 169-я стрелковая дивизия атаковали села Драгуновка и Украинка и овладели ими к 20:00, танкисты в этот день потеряли одну машину. 17 и 18 марта эти же части пытались идти на Перемогу, однако противник сам контратаковал силами до батальона пехоты и до 8 танков. В этот день 10-я танковая бригада потеряла два своих танка и подбила два немецких.
Противник 17 марта подтянул и разместил вдоль реки Большая Бабка пехотный полк, поскольку стоявший здесь мотоциклетный батальон был полностью истощен. Кроме этого, спешно укреплял позиции в Терновой, куда переброшены из Харькова штурмовая рота и танковая рота. Другая танковая рота (из 3-й танковой дивизии) успешно атаковала и вернула под контроль Песчаное.
20 марта - 226-я стрелковая дивизия сменила части 169-й стрелковой дивизии в районе Драгуновка - Украинка. 34-я мотострелковая бригада и 10-я танковая бригада, которая получила пополнение (18 танков Т-26), овладели восточной окраиной Песчаное, однако противник контратакой до батальона пехоты при поддержке 4-х танков вернул её под свой контроль. На следующий день, 21 марта, этим же частям удалось снова овладеть восточной окраиной Песчаное и выявить опорный узел сопротивления в северо-западной части села с системой дзотов и противотанковыми орудиями. 22 и 23 марта танкисты и мотострелки пытались овладеть Песчаное полностью, но, помимо этого, им пришлось отражать контратаки противника из Шестаково и Большая Бабка.
226-я стрелковая дивизия получила части усиления (6-ю гвардейскую танковую бригаду, пушечный артиллерийский полк РГК, и полк ПТО) и 21 марта в 5:00 силами двух стрелковых полков при поддержке танкистов атаковала Драгуновку. К 12:00 противник выбит из села, но под прикрытием авиации контратаковал и отбил село. Погиб командир одного из стрелковых полков, а 6-я гвардейская танковая бригада потеряла все свои танки и часть автотранспорта, и в дальнейших боях за Драгуновку участия не принимала.
21 марта на командный пункт 3-й танковой дивизии вермахта, где обсуждалось предстоящее контрнаступление, прибыл командующий 6-й армией генерал Паулюс.
22 марта 226-я стрелковая дивизия продолжила атаковать Драгуновку, но ей, помимо пехоты противника, противодействовали пять танков 3-й танковой дивизии, которые курсировали по всей линии обороны и вели артиллерийский и пулеметный огонь. Кроме того, авиация противника постоянно висела над полем боя, а пехота шла в контратаки. На следующий день та же история ― противник усиливается резервами из Шестаково.
Зато в этот же день - 22 марта - редкие налеты авиации РККА принесли неожиданный успех: одна из бомб попала в командный пункт 294-й Саксонской пехотной дивизии в Шестаково, погиб её командир - генерал-лейтенант Отто Габке.
Весь день 23 марта - 3-я танковая дивизия вермахта переводила штаб из Харькова в поселок Липцы, а передовой командный пункт ― в Терновую, поближе к линии фронта, где планировалось наступление. 6-й танковый полк дивизии (северная ударная группа) переведен в Веселое. Во второй половине дня командующий XVII армейским корпусом вермахта генерал Холлидт прибыл на командный пункт 3-й танковой дивизии, чтобы обсудить детали. Поскольку дорога Веселое - Терновая постоянно обстреливалась советской артиллерией, 3-я танковая дивизия вермахта завершала подготовку ночью.
Южной ударной группой вермахта руководил командир 419-го пехотного полка 125-й пехотной дивизии полковник Грюнер, в усиление ему предоставлялись два батальона 226-го пехотного полка 79-й пехотной дивизии, один батальон 530-го пехотного полка, и пять средних танков. Дивизионная артиллерия была поделена между двумя группами.
24 марта, в 6:30 утра, 3-я танковая дивизия вермахта при поддержке авиации атаковала 14-ю танками Байрак, чем поставила под угрозу не только правый фланг 226-й стрелковой дивизии, но и начала угрожать Верхний и Старый Салтов.
Байрак захвачен ими к 11:00. Ситуация на Старосалтовском плацдарме складывалась критичной, и маршал Тимошенко, лично прибыл в район Рубежного 25 марта для её урегулирования. 226-й стрелковой дивизии пришлось спешно разворачивать оборонительные порядки: немцы постоянно бомбили Верхний и Старый Салтов, артиллерия дивизии находилась в рискованном положении, и штаб 38-й армии разрешил отводить её по частям на восточный берег Северского Донца. На Драгуновку противник вечером выдвинул 11 танков и до батальона пехоты, а из Байрак попытался атаковать в направлении на Старый Салтов. Драгуновку снова сдали противнику, но частично вернули Украинку.
В этот же день немцы силами до двух пехотных полков при поддержке до 50 танков вышли в атаку из района Терновой. Атаковано Рубежное 18-ю немецкими танками с десантом на броне, к 17:50 они овладели его западной окраиной, где оборонялись подразделения 3-го кавалерийского корпуса. Ситуацию спасла 10-я танковая бригада, её четыре танка Т-26 вели бой в Песчаное, но накануне были получены шесть новеньких «Т-34», которые проходили техосмотр и комплектование в Писаревке. В 10:40 по приказу командующего 38-й армии генерала Москаленко все имеющиеся танки введены в бой с задачей уничтожить прорвавшегося противника. В 13:30 шесть танков Т-34 переправились через Северский Донец в районе хутора Красный и вступили в бой с танками противника. В первые минуты боя немцы потеряли подбитыми два танка, остальные бой не приняли и отступили. После 17:00 южная ударная группа вермахта захватил деревню Викнино. Бой вдоль западной границы Рубежное продолжался до глубокой ночи.
В состав 10-й танковой бригады вошел 2-й батальон 133-й танковой бригады. Накануне по вине командования 124-й стрелковой дивизии, этот батальон у села Большая Бабка потерял три танка КВ-1 и имел на вооружении 9 легких танков Т-60, которые не могли из-за глубины снежного покрова участвовать в атаках, потому размещены на танкоопасных направлениях как неподвижные огневые точки.
25-30 марта угроза противника над Старым Салтовом была по-прежнему высокой, 226-я стрелковая дивизия находилась в обороне и пыталась зачистить лесные массивы, где накапливался противник. В Драгуновке один стрелковый полк удерживал несколько домов на южной окраине. Штаб 38-й армии принял решение о переводе на этот участок 227-й стрелковой дивизии. Немцы по-прежнему ежедневно бомбили боевые порядки, переправы и Старый Салтов. Бесконечные контратаки противника с большим количеством танков, выход разведгрупп в ночное время – все это требовало постоянного внимания обороняющейся 226-й стрелковой дивизии, личный состав которой таял на глазах.
У Рубежного тяжелые бои с танками и пехотой противника продолжались 25 и 26 марта, оборонительные порядки в селе построены вокруг здания церкви. Один танковый батальон 10-й танковой бригады действовал из засад, ему противостояли до двадцати танков противника. В оборонительных боях принимала также участие 6-я гвардейская танковая бригада. Потеряв 6 танков, а также тяжелораненого командира танковой группы, противник во второй половине дня начал отход на Терновую, попутно захватив Бугровка.
Советские лыжные батальоны атаковали противника по всему фронту, там, где их не ждали, отбили деревню Викнино, а танкисты 38-й армии с тяжелыми танками КВ-1 и Т-34 предприняли попытку атаковать Байрак, но неудачно, поскольку в этом селе противник успел организовать противотанковую оборону и заградительный артиллерийский и минометный огонь. В итоге 10-я танковая бригада потеряла 4 танка Т-34.
Поскольку командир 3-й танковой дивизии вермахта генерал Брейт не имел чёткой картины происходящего, в доминирующее над всей местностью село Байрак был отправлен полковник Вестховен. Прибыв на место, его штабная группа не встретила ни одного немецкого солдата, и если бы в этот момент части РККА атаковали Байрак, то взяли бы его без каких-либо потерь. Через некоторое время в Байрак вернулись остатки немецкого 530-го пехотного полка. Северную танковую группу немцев обеспечили подкреплением и боеприпасами, а южной танковой группе поручено атаковать Старый Салтов. Несмотря на то, что эта попытка была неудачной, немецкие пехота и танки достигли высоты 177.5 северо-западнее райцентра и организовали там оборонительные укрепления. Закрепившийся здесь пехотный батальон выступал в роли волнореза и, хотя он постоянно находился под обстрелом и атаками кавалерийских частей, продолжал держаться, угрожая районному центру Старый Салтов.
27 марта на командный пункт 3-й танковой дивизии вермахта прибыли командующий 6-й армии Паулюс и командующий XVII армейским корпусом Холлидт. В ходе принятия решения у них возникли разногласия с командиром дивизии генералом Брейтом. В результате, немецкий 530-й пехотный полк атаковал деревню Викнино, а танковая рота ― Бугровку. Однако Т-34 из состава 10-й танковой бригады, действуя из засады, остановили эту атаку. Только на следующий день, когда немецкая авиация и артиллерия парализовали действие артиллерии 38-й армии, немецкая танковая рота захватила Бугровку.
26 и 27 марта авиация РККА стала бомбить Веселое, Байрак, а под её прикрытием началась танковая атака на Викнино с тяжелыми танками КВ-1. Их превосходство над немецкими танками было очевидным.
28 марта артиллерия РККА, размещенная в селе Верхний Салтов, стала обстреливать позиции вермахта из всех калибров и «катюш», их залп по селу Байрак уничтожил в пыль и пламя последние уцелевшие дома. Северная группа немцев потеряла в этот день более 100 солдат и офицеров. Последний резерв ей предоставили в виде пехотного батальона с пятью танками.
В ночь на 29 марта Байрак и Бугровка под прикрытием мощного артиллерийского обстрела подверглись атакам кавалерии, танков и стрелковых подразделений 38-й армии. Байрак немцам удалось отстоять чудом. Но в целом 3-я танковая дивизия вермахта теряла людей и танки, особенно большие потери были в северной группе.
31 марта - 226-я стрелковая дивизия получила приказ атаковать Драгуновку и выйти на восточный берег реки Большая Бабка, а сковать противника на правом фланге должен был стрелковый полк 13-й гвардейской стрелковой дивизии (командир - Родимцев). Однако он был далеко позади наступающих, и весь огонь противника обрушился на последних. Снова последовали контратаки немцев при поддержке танков и, как результат, задача не была выполнена, а дивизия понесла большие потери. На северо-западной окраине поселка Старый Салтов занял оборонительные порядки заградительный батальон.
1 апреля - 226-я стрелковая дивизия усилена гаубичным и пушечным артиллерийскими полками, и с 9:00 перешла в наступление на Украинку, но задачу выполнить не смогла, поскольку противник вёл грамотный заградительный огонь. На следующий день дивизия передала свои позиции 13-й гвардейской и 169-й стрелковым дивизиям, заняв оборонительные рубежи в селах Октябрьское и Фёдоровка, а силами полутора полков ― в Старом Салтове. В подчинение 226-й стрелковой дивизии вошла 34-я мотострелковая бригада, занявшая оборону в Песчаное. 3 апреля один стрелковый полк 227-й дивизии занял предмостную оборону в Старом Салтове, организовав узлы сопротивления в поселке, в районе Вознесенской церкви у моста, а также в ряде каменных зданий, но на следующий день покинул поселок.
По приказу командующего 38-й армией все части на Старосалтовском плацдарме со 2 апреля переходили к жесткой обороне. Артиллерия изо дня в день обрабатывала позиции вермахта. Также советские войска предпринимали попытки овладеть деревней Викнино. Командование 3-й танковой дивизии вермахта приняло решение оставить Викнино, а за ней и Замулевку. 10 апреля штаб дивизии переехал в Харьков, следом за ним в северо-западной части города разместились танковый полк и подразделения материального обеспечения.
Из-за распутицы, практически на всем протяжении Старосалтовского плацдарма установилась тишина, если не считать редкие и короткие артиллерийские и минометные обстрелы, авиаразведку и редкие же авианалёты на Старый Салтов, отмечался и выход небольших групп пехоты в разведку боем. Значительный танковый бой на плацдарме произошел 9 апреля в Песчаное, когда в 7:30 утра противник силами четырёх рот и 10 танков, с артиллерийской и авиационной поддержкой атаковал его с трех сторон. Часть красноармейцев принимали горячую пищу на восточной окраине села и на позиции не вернулись, танки противника уничтожили пять 45-мм орудий, четыре танка Т-26, четыре 82-мм и два 50-мм миномета. Немцы вышли к штабу 34-го стрелкового полка, управление было нарушено. Погибло до 250 человек, еще 62 ранено, пропавших без вести до 80 человек (по показаниям местных жителей, все они попали в плен). Попытки восстановить положение успеха не имели. Суду военного трибунала преданы командир полка капитан Щербаков, комиссар полка старший политрук Павлов и два командира рот.
С 19 апреля 1942 года Старосалтовский плацдарм отошел в полосу 28-й армии.
А дальше вы знаете: в мае началось наступление со Старосалтовского плацдарма с целью захвата Харькова, не увенчавшееся успехом. Если южная "клешня" тогда же пропала в Изюм-Барвенковском "котле", то северная, немного продвинувшись на Старосалтовском плацдарме, затем отошла назад - на исходные позиции, и была разгромлена противником уже 10 июня в рамках следующей операции - "Вильгельм".
Три весенних месяца просуществовал Старосалтовский плацдарм в 1942 году. Снова он будет возрождён в 1943-м, как мы покажем в следующих публикациях.