Кроме глашатая, со временем у Луноликова появились менестрели. Это были обычные журналисты, и назывались они по-другому, но «менестрели» звучит красивее, и Велимиру наверняка этот эпитет понравился бы. Жаль, передать некому.
Цель менестрелей состояла в том, чтобы бесконечно славить Луноликова, и как при нем расцвел прекрасный город Абсурдинск. Правда, часть горожан, глядя на дорожные ухабы, обшарпанные подъезды и задрипанные больницы восклицала «Правда, что ли? А что, вообще, происходит?!», зато другая часть верила менестрелям и радовалась, как замечательно они живут.
Самое интересное, что слава менестрелей достигала других городов. Там горожане тоже делились на две части: одни откровенно ржали и крутили пальцем у виска, другие тоже верили и даже умудрялись завидовать абсурдинцам.
- Что же вы не переезжаете в наш город? – завлекали жители Абсурдинска. – Гоу к нам!
- С насиженных мест… - отмахивались иногородние. – Но с мэром вам однозначно повезло. Луноликов – голова! Продолжайте славить…
Особо рьяные менестрели стали вхожи в не очень ближний круг Луноликова. Не до конца, но он им даже доверял. Проснувшись по утру, он включал радио и телевизор и радовался, каких небывалых экономических вершин достиг Абсурдинск при его правлении.
- И чего это некоторые дураки недовольство выражают, - недоумевал он, наслаждаясь выступлениями брызгающего слюной Воробьева или страстной Степанян-джан, прибившейся как-то к его команде во время одной южной командировки. – А ведь никогда так хорошо не жили, как сейчас. Не иначе, с жиру бесятся.
Иногда Велимир жаловал менестрелям почетные и геройские титулы, дабы те не теряли вдохновения. Процедура проходила торжественно, громко и пышно, с помпой.
- Послушай, он, что, действительно во все это сам верит?! – спросил как-то Генрих Подхалимов у Вадика Штукатуркина.
- Не скажу точно, но… Кажется, да.
- Так может открыть ему глаза на действительность? Пускай удивится.
- Зачем? Я спрашивал его знакомых по ранешним временам. Где бы Велимир ни работал, все всегда непременно разваливалось. Карма у него, видать такая. Так что сюрприза для него не будет, а вот мы по шапке наверняка получим. Пускай старик порадуется напоследок. Похоже, у него впервые в жизни хоть что-то получилось.
- А что получилось?
- Да ничего не получилось. Но он-то об этом не знает.
И Абсурдинск продолжил жить под нестройный хор менестрелей.
Начало
Продолжение
