Предыдущая глава
Глава 22
Бойцов
У меня слов нет! Одни буквы! И те исключительно матерные!
Козлова реально козел! Она - самый настоящий наглый козлина! Реально мужиком стала! И зря говорят, что яйца не делают из мальчика мужика! Вранье чистой воды!
Еще как делают!
С тех пот, как у этой… козы, появился хрен между ног и к нему в придачу яйца, все! Считай, потеряли девку. И было вроде ничего, только бестолковая немного. Но это все от недостатка опыта.
А сейчас?
Тупой пустоголовый придурок, думающий исключительно нижней головкой!
Что-то я раскис в последнее время. Видимо от того, что мозги не тем заняты. Надо бы узнать, как и что там с работой. Но… лень! Вот лень и все тут!
Кто ж меня так проклял? За что мне все это? И грудь ноет и чешется. Раньше я за собой такого не замечал. И есть хочу!
Ну про еду, это понятно! Этот козел, я теперь Козлову буду исключительно так называть, сожрал мою яишенку. Даже спасибо не сказал! Гад!
И кофе я утром хотела сделать…
Стоп!
Хотела?!
Я реально подумала, что хотела?!
Ну все, приплыли, что называется. Я уже и думаю, как женщина.
Вызывайте мне дурку!
Я схожу с ума.
Но сначала, я все же поем!
Да! Так и сделаю!
А этому козлу, не предложу!
Пусть не надеется!
Где мой телефон?
Рыскаю по карманам, выуживаю гаджет. Быстро захожу в Интернет. Та-ак! Чтобы нам приготовить?
Отлично!
Нежное фрикасе из кролика в белом вине с грибами. М-м. Звучит уже вкусно.
Отправляюсь на кухню, прихватив с собой телефон.
- Куда собралась? – видимо это мне.
Поворачиваюсь и смотрю на эту рожу, что уже стала покрываться щетиной.
- Не твоего ума дело, - бросаю через плечо и иду дальше.
Но не тут – то было!
Меня резко хватают за плечо и разворачивают.
Смотрю на искаженное от злобы лицо и хочется превратиться в маленькую мышку и юркнуть куда-нибудь в щель. Забиться там и сидеть, пока это чудовище не уйдет.
- Знаешь что! – рявкает.
- Что?! – пусть мне и страшно, но уступать я не намерена.
Не побьет же он сам себя? Точнее меня. Точнее она. Тьфу. Короче не станет же бить? Ведь нет же?
- Ты! – делает паузу и хватает двумя руками за плечи, трясет, как куклу, отчего у меня голова мотается туда-сюда.
- Я! – блин-блинский. Ну почему я не молчу?! Где мой мозг? Ау?
- Это. Мой. Дом. И ты. Будешь. Отчитываться. Поняла?! – чеканит каждое слово.
На автомате киваю, а язык мой, чтоб его, выплевывает с ядом свое мнение.
- Это МОЙ дом, а ты в нем НИКТО и звать никак! – ой.
Испуганно замолкаю. Так-то я правильно сказала, но на деле…
Ведь сейчас она – это я. Значит в действительности это ее дом, а не мой.
- Ок! Я, значит, никто?! НИКТО, блядь?! Да?! – толкает меня так, что я ударяюсь о стену, затылок простреливает резкая боль, и я теряю сознание.
Хочу открыть глаза, но тупая боль в затылке пульсирует со скоростью света. Такое чувство, что сзади сидит какой-то упорный дятел и пытается достать из моей черепушки вкусного жучка.
- М-м, - выдаю я стон.
- Очнулась, - слышу тихий женский голос. – Лежи, сейчас капельницу поставлю, полегче будет.
С трудом, но все же получается открыть глаза. Светлые стены, рядом система с капельницей, от которой тянутся трубки к моей руке.
- Где я? – спрашиваю.
- В больнице, - отвечает девушка, видимо медсестра. – Сейчас я позову вашего жениха.
- Не на…, - договорить не успеваю, девушка уже вышла.
В приоткрытую дверь тут же влетает Козлова, взгляд встревоженный.
Следом за ней пожилая пара. Кто это? Встревожено перевожу взгляд с них на Козлову.
- Дашенька, дочка, как ты? – бабуля подходит к моей кровати и берет осторожно за руку.
Дочка? Мать что ли? Родственники? Мда. Я ж о Козловой практически ничего не знаю.
- Нормально, - отвечаю.
Лучше буду кратко говорить, мало как себя выдам.
- Я же сказал, что все хорошо. – Тут же говорит Козлова. – Сейчас мой водитель вас отвезет домой. А вечером, как отдохнете, приедете к Даше, договорились?
- Но… - видно, что пожилая пара сомневается, а затем обращается ко мне за поддержкой. – Дашуль?
- Все хорошо, правда, - выдавливаю улыбку. – Приедете вечером.
Правда, пусть идут. Я не знаю кто они такие. Надеюсь, Козлова объяснит мне.
Все трое выходят, а я закрываю глаза. Долго держать их открытыми мне еще больно.
Через некоторое время дверь открывается, я слышу осторожные шаги. Затем скрип кровати и теплые немного шершавые пальцы берут мою ладошку в свои.
Мне даже открывать глаза не надо. Я знаю, что это Козлова.
- Ты как? – слегка охрипшим голосом спрашивает.
- Голова болит.
- Прости меня. – Делает паузу, видимо это все.
Открываю глаза.
На меня не смотрит. Взгляд опущен вниз.
- Не знаю, что на меня нашло. Я не хотел…
- И ты меня прости, - шепчу в ответ и сжимаю его пальцы своими. – Не надо было такого говорить.
- Мир? – спрашивает, заглядывая в мои глаза с тревогой.
- Мир, - соглашаюсь.
Тяжелый вздох, а потом, словно вихрь срывается с места и накрывает мои губы своими. Блин! Это так… крышесносно. Волшебно! Изумительно! Даже боль отступает. Жарко становится!
- Так-так-так! – раздается чей-то голос, и мы тут же разрываем поцелуй.
Краснеем как нашкодившие школьники, которых застукали за курением в кабинете химии.
- Видимо идем на поправку, - подшучивает милый дядечка в белом халате, а на деле Аркадий Иванович, друг семьи.
Видимо в его клинику меня и привезли.
- Влад, тебе лучше выйти, - говорит строго Аркадий Иванович, - а нам с Дарьей Валерьевной надо кое-что обсудить.
- Но..., - возражает Козлова.
- Никаких но!
Влад, точнее Козлова, выходит, а мы остаемся наедине.
- Ну, душенька, рассказывай! Что натворил этот поганец?
- Ничего, - это что, допрос?
Надо бежать отсюда поскорее. Не хватало еще, чтобы он рассказал матери, а та, кому-нибудь из подруг. Тогда точно журналистов понаедет. Еще бы! Известный бизнесмен избил невесту! Представляю, как меня прополощут в желтой прессе.
- Я так понимаю, ты просто оступилась на лестнице и упала? – хитро прищуривается Аркадий Иванович.
- Все так и было, - подтверждаю. – Можно мне уже домой?
- Я бы, конечно, посоветовал полежать еще у нас немного под наблюдением, - начал он, но тут же добавил, видя мое скривившееся лицо, - но кому-то сильно хочется домой к жениху?
- Ага!
- Что ж, но только под Вашу ответственность!
- Под мою ответственность! – Козлова тут как тут.
- Ну что же, раз возражений нет, то не смею задерживать. Рекомендации все напишу! – с этими словами Аркадий покидает палату.
Я собираюсь встать, но Козлова осекает.
- Куда? Капельницу докапаем и поедем!
Точно. Я про капельницу и забыла.
Через два часа мы уже были дома. Пока добирались, Козлова объяснила, что в больницу приезжали ее бабушка с дедом. Она позвала их на свадьбу, так как кроме них, у нее никого из родственников больше не было. Родители погибли, а дед с бабкой воспитали как родную дочь.
Теперь понятно, почему они так волновались.
- Мы дома! – кричит Влад, именно так. Мы договорились друг друга называть при родственниках своими именами. Да и мы так быстрее привыкнем.
- Ну и замечательно, - бабушка вышла навстречу, вытирая руки о полотенце. – Руки мыть и за стол.
Круто! Вот это я понимаю, семья. Даже чем-то завидую. Мне бы так!
Мы очень мило пообщались. Оказывается дед у Козловой мировой мужик. А бабушка столько рецептов знает.
После позднего обеда, или как лучше назвать, раннего ужина, меня отправили наверх, спать. Спорить не стал. Реально я сегодня вымотался.
Козлова пошла со мной, проконтролировать.
Дед с бабкой понимающе переглянулись и сказали, что им срочно нужно уехать к знакомой, что живет недалеко. Мол, они давно собирались в гости, да все повода не было.
Отправил их с водителем, взяв обещание позвонить, как доберутся.
Мы же с Владом, блин так непривычно называть Козлову мужским именем, отправились наверх.
- Раздеваться не будешь что ли? – говорит Влад, скидывая джинсы прямо на пол.
- Ну-у… я… - мямлю почему-то.
- Давай помогу, - делает шаг вперед и начинает снимать с меня одежду.