Какая прелесть! – умилилась я в очередной раз, - как же ему подходит имя!
Никогда еще я так жестоко не ошибалась!
***
Когда я познакомилась с Лео он выглядел и вел себя, как самый милый котик в мире. Одаривая всех вокруг волнами нежности, ласки, дружелюбия и даже любви.
Ой, - подумала я, - какая прелесть нежно розовая! Какой же он спокойный, уравновешенный. Настоящий Леопольд!
В фантазиях мне виделось, как Лео будет выступать миротворцем в нашей банде. Даже картинку себе нарисовала, как он выходит к драчунам, Шону и Варику, со словами «Ребята, давайте жить дружно!» И сразу мир и дружба воцаряется у нас.
- Будешь Леопольдом? – спросила я его при первой встрече.
- Мур, - ответил котик, кивнул и потерся о мою руку.
Какая прелесть! – умилилась я в очередной раз, - как же ему подходит имя!
Никогда еще я так жестоко не ошибалась!
Дома, в первые моменты знакомства с бандой, Лео еще сдерживался. Видимо, пытался таки соответствовать имени, которое ему понравилось. Но потом … котика понесло.
И банда, которой я долгое время рассказывала, какой милый, дружелюбный и нежный котик скоро будет с нами жить, смотрела на меня не просто с укором. Они смотрели на меня очень-очень осуждающе. Словно говорили:
- Мать, ну нельзя же так обманывать! Что ж ты не предупредила то нормально, что к нам едет соловей-разбойник, точнее не соловей, а быковей-разбойник! Мы бы хоть морально подготовились.
Быковей-разбойник, поскольку его коронное «Отойди, а то забодаю!» местный народ быстро уразумел и оценил. Принял к сведению и предпочел не связываться с этаким чудом природы.
А быковей-разбойник продолжал наводить свои порядки.
Посмотрела я на это и сказала товарищу:
- Нет, ты точно не Леопольд. Вообще, никакой стороной своей натуры и характера. Буду думать тебе другое имя.
И стала я думать. Это, скажу я вам, сложное занятие. Поскольку имя должно быть красивым, звучным, соответствовать характеру и сути котика. То есть оно должно быть элегантным, брутальным и все же чуть нежным. А с фантазией у меня печально. Особенно с учетом того, сколько котиков до него уже было названо. То есть имена и фантазия закончились еще котиков много назад.
Окружающие посмеялись надо мной, но все же предложили свои варианты: Гендальф, Арагорн, Лаговаз, Джафар, Пират, Ацтек, Лариэль, Годзила.
Мне, как человеку верящему в нежное и светлое, скрытое где-то в глубинах души Лео, очень понравилось имя Лариэль. Ну, вот такой эльфийский принц с причудами. Но… никто это имя не оценил, включая Лео.
Ладно, - подумала я – Джафар, Джеф. Вроде брутальненько, в меру элегантно. Нежности… ну если произнести с придыханием, то и нежное.
- Будешь ты отныне Джафаром, - сообщила я Лео.
Лео посмотрел на меня недобро и печально. Развернулся и ушел.
Понравилось, - подумала я.
Предательница, - подумал Лео.
И два долгих дня был в печали. Он смотрел на меня грустными глазами побитого и отвергнутого существа, когда я называла его Джеф, тяжело вздыхал и отворачивался, когда называла Джафар.
На третий день я сдалась.
- Хорошо, не нравится тебе Джафар, сдаюсь. Ну как же тебя назвать?!
Лео сидел рядом. Услышав вопрос, забрался на колени и стал ласково тыкаться головой в руку, мурчать и всячески показывать, какой он нежный котик.
- Ты хочешь остаться Лео?
- Мур-мяу, мурррр, - ответил Лео, вставая на задние лапы и обнимая меня за шею.
- Хм… ладно. Но ты все же не Леопольд, вот никак. Буду я тебя звать тогда Лео-Поля. А Леопольдом буду ругаться на тебя!
Лео довольно замурчал, жмурясь и прижимаясь ко мне.
Так что теперь у нас в банде есть Лео-Поля. Ну, а когда его совсем заносит – «ЛЕОПОЛЬД, имей совесть!»