Прошел месяц, и бабуля нас удивила. Ровно через тридцать дней, она попросила зарплату. Она сказала: – Ну что, милые мои, не пора ли нам рассчитаться? Месяц прошел, платите зарплату. – Мам, ты что? Шутишь что ли? – удивленно заулыбался Альберт. Я растерялась. Виталина Семеновна продолжала: – Нет, мой сын, я не шучу. Да и не волнуйся ты так, больше положенного я не возьму. Я все учла: и проживание, и продукты, и выходные. Но даже по самым скромным подсчетам, вы должны мне за этот месяц двенадцать тысяч. – Мам, – не унимался обескураженный Альберт, – ну ты же бабушка. Хотя мы осознаем, что воспитание – это нелегкий труд. – Это не во вред внукам, – парировала свекровь. – Я их любила и люблю. Но поймите и меня, работа без вознаграждения – рабство. А если я ошибаюсь, я могу уехать и продолжить трудиться в своей больничке. Сын еще пытался в чем-то убедить мать, а я сходила в комнату и вернулась на кухню. – Вот, – сказала я, протягивая деньги, – Виталина Семеновна, возьмите. Здесь ровно двенад