//Безвестен был народ и невелик…Но гений, на пути его заметя, сказал однажды:
«Друг степей калмык», и все узнали: есть калмык на свете (Кугультинов)/
У Пушкина есть лёгкое акварельное стихотворение «Калмычке».
Прощай, любезная калмычка!
Чуть-чуть, назло моих затей,
Меня похвальная привычка
Не увлекла среди степей
Вслед за кибиткою твоей.
Твои глаза, конечно, узки,
И плосок нос, и лоб широк,
Ты не лепечешь по-французски,
Ты шелком не сжимаешь ног,
По-английски пред самоваром
Узором хлеба не крошишь,
Не восхищаешься Сен-Маром,
Слегка Шекспира не ценишь,
Не погружаешься в мечтанье,
Когда нет мысли в голове,
Не распеваешь: Ма dov’e
Галоп не прыгаешь в собранье…
Что нужды? — Ровно полчаса,
Пока коней мне запрягали,
Мне ум и сердце занимали
Твой взор и дикая краса.
Друзья! не все ль одно и то же:
Забыться праздною душой
В блестящей зале, в модной ложе,
Или в кибитке кочевой?
Теперь по поводу этого стихотворения. Предлагаю включить иронию и предаться несерьезным размышлениям.. АСП встречает в степи калмыцкую кибитку и, пока ему запрягают лошадей, полчаса проводит с красавицей калмычкой. Об этом эпизоде, помимо стихотворения, есть две дневниковые записи, для друзей и для публикации. В одном варианте красавица отвергает его притязания. В варианте для публикации, наоборот, активные любезности калмычки даже напугали поэта и он ретировался. Но самое главное – это поэтическая запись. Именно в ней я вижу правду. АСП пишет: «Ровно полчаса, пока коней мне запрягали, мне ум и сердце занимали твой взор и дикая краса»
В одной из передач Один Д.Л.Быкову был задан вопрос: «Какую роль играет национальность калмычки, и как это можно сегодня применить к борьбе калмыков за сохранение языка». Я даже думала, что этот вопрос, более чем странный, - троллинг. ДЛ ответил на него серьезно, правда, не касаясь борьбы калмыков за сохранение языка. Он сказал, что это стихотворение о другом. Оно о том, что человеку, мужчине, бывает нужно «забыться праздною душой» и все равно с кем и где. «В блестящей зале, в модной ложе, или в кибитке кочевой». Конечно, это довольно-таки не очень, что ВСЁ РАВНО где и с кем. И конечно, имеется в виду творческий мужчина. И дальше ДЛ пишет, что проблема стихотворения в том, чтобы «забыться во дни сомнений, во дни тягостных раздумий, на короткое время ускользнуть от себя, растворяясь в другом».. ДЛ говорит, что «женщина – это такой псевдоним забвения» и не важно, светская красавица она или поселянка. Это способ ускользнуть от себя, на какие-то мгновения уйти от главного, уйти от творчества. Мне понравился анализ ДЛ. Хочу только чуток добавить, слегка улыбнувшись. Сейчас что женщина, что мужчина, все равны, а если творческие натуры, то и подавно. Значит, эта острая необходимость иногда забыться праздною душой всё равно с кем и где, раствориться в другом бывает так же необходима женщине, как и мужчине. И в этом случае уже мужчина является для женщины псевдонимом забвения. Простите меня, дорогие Александр Сергеевич и Дмитрий Львович, за вольнодумство. Но ведь это здорово, что и мужчина и женщина могут дать друг другу забвение от текущих забот, хоть на миг